Развод с монстром

Как же сочно он звучал…

Только я ловил себя на том, что привычно осматриваюсь по сторонам — слежу за фигурами поблизости, всматриваюсь в лица, считываю язык движений, анализирую запахи. Я уже не мог по-другому. Даже в лесу в полной тишине не чувствовал себя в безопасности. Больше. Люди совершенствуются в своих охотничьих навыках, к сожалению.

Я усмехнулся своим мыслям и огляделся в очередной раз."

"Между лопаток неприятно зудело после вживления датчика. Чего не сделаешь ради безопасности…

Питер заворчал.

— Старик, мы теперь свободны, — напомнил ему я. Вернее, больше себе. — Я на мушке и в базе, как собственность Правительства, так что никто на меня не позарится. Надеюсь…

Питер скептически проворчал что-то, но тут на тропинке, ведущей к входу в клинику, показался Ярослав.

— Прости за задержку, — улыбнулся он, протягивая руку. — Рад тебя видеть.

— И я, — выдохнул расслаблено.

Только с Яром я вспоминал, каким наивным мальчишкой был когда-то в прошлой жизни.

— Лара уже дома, ждет. Может, останешься у нас сегодня?

— А мне и некуда пока ехать. Только обратно в отделение, но… не очень хочется. Я пока что бомж.

— Ну вот и отлично. А я свою тачку оставлю тут.

На том и порешали.

— Ты же хочешь сказать мне, что думаешь по поводу моего решения? — начал я, трогаясь с парковки.

— Я рад, что ты вернулся, — удивил меня Ярослав. — А на каких условиях — меня не касается. Да и Горький сказал, что для тебя твой выбор вполне безопасен.

— С его присмотром в комплекте…

— Это привилегированная опция, доступная мне. Грех было не воспользоваться, — честно признался Яр. — Так как тебе первый день?

— Своеобразно. Мне под стать, — вздохнул напряженно я.

— Точно?

— Да. Главный — не идиот. Но слишком умный. Прожженный в манипуляциях и интригах старый ветеран.

— Звучит пока что неплохо.

— А в пару мне дали хорошенькую докторку, на которую я запал, — закончил я.

— Вот как?

— Да…

— И?...

— Сразу как-то много всего, не находишь?

— У тебя приступ паранойи, — безошибочно определили Яр.

Я только тяжело вздохнул.

— Не люблю, когда меня используют, — прорычал.

— Все кого-то используют, Вера.