Развод с монстром

Тут двери в кабинет открылись, и Краморов вышел в коридор, направляясь к лифту. Он тяжело ступал на ногу, а я задержалась на нем взглядом. Ещё один манипулятор, которого я изучила, насколько могла. Разве это плохо? Почему я должна чувствовать себя виноватой за то, что адаптируюсь к этой жесткой среде и пытаюсь выжить среди этих… гениев? Мне ведь тоже не на блюде преподнесли ученые степени и успешные медицинские расследования. Так чего я прячу голову в песок?

Но, когда я перевела взгляд на Бесовецкого, застывшего у стола, уверенности в своих силах снова поубавилось.

Бесовецкий молча оттолкнулся от стола, обошел его и уселся за компьютер. А я растерянно замерла на пороге, оглядывая кабинет. Мне что, даже места своего не выдали?

— У нас все общее, — заметил он хмуро, глядя в монитор. — А ты что-то хотела предложить, чтобы нам сработаться…

— Я не собираюсь вас уговаривать со мной работать.

— Здесь нужно очень долго смотреть — данных они собрали по делу уже достаточно много, — не обратил он внимание на мое раздражение. — Случаи генного поражения описаны довольно исчерпывающе…

Я устало потерла переносицу:

— Тут даже кресло одно. Краморов хочет, чтобы я сидела у вас на коленях? Так он видит идеально сплоченное сотрудничество?

Бесовецкий вдруг поднял на меня такой убийственный взгляд, что показалось, будто его глаза засветились натурально.

— Что у вас с глазами? — выдохнула я хрипло.

Он нахмурился и поднялся из-за стола:

— Садись. Работай. Я пройдусь по палатам и поговорю с пациентами сам.

— Какими пациентами? — опешила я. — Они что, все здесь?

То, что он не умеет разговаривать с пациентами, я не стала подчеркивать.

— Трое.

— Стой, — выставила я руку, когда он уже собрался пройти мимо. — Давай я. У тебя хорошо получается фильтровать большое количество информации, а я соберу данные, которых у нас, возможно, ещё нет…

— Так мы на «ты»? — понизил он голос, неожиданно упираясь грудью мне в ладонь, и я одернула руку.