Развод. Он влюбился

— Куда ты собиралась ехать, когда я тебя перехватила на улице? — подозрительно спросила я, ожидая чего угодно, но только не того, что произошло потом.

Даша посмотрела на меня, закусила дрожавшие губы, а потом прошептала:

— Мам… я беременна.

О, как…

Хорошо, что я сидела, иначе бы рухнула на пол от таких новостей."

"Вот головой понимаешь, что дети растут. Но все равно рано или поздно наступает вот такой момент, и ты сидишь, хлопаешь глазами, как мешком пришибленная, и пытаешься понять как так-то. Вроде только недавно ее саму на коляске возила и в первый класс собирала, и вот уже «мама, я беременна».

— Даш…так неожиданно…поздравляю, — Стоило это сказать, и тут же накатило понимание, что поздравления — это последнее, что ей было нужно. По спине, цепляясь за кожу ледяными крючьями, прошелся страх и понимание, — ты хотела прервать?

— Хочу, — угрюмо поправила она.

— Даш, ну ты чего… — меня аж голос подвел, — ребенок — это прекрасно. Ты, конечно, совсем молоденькая еще, страшно, наверное, но…

— Дело не в страхе, — неожиданно жестко отозвалась она, — я просто не хочу приводить в этот мир ребенка, которого все равно предадут.

— Даша…

— Не хочу, чтобы он или она привыкали к какому-нибудь предателю, который потом откажется от них так легко, словно и вовсе не родные. Не хочу, чтобы ребенок проходил через это, не хочу, чтобы он чувствовал себя не нужным.

Жданов! Сука ты озабоченная! Что ты натворил?!

— Он всегда будет нужен тебе. Мне. И мир не такой плохой как ты думаешь, люди не такие плохие…

— Серьезно? — горько усмехнулась она, — а по-моему, после сегодняшнего все стало предельно ясно.

— Субботин знает о ребенке?

— Нет. Я сама только вчера это выяснила. Хотела сказать сегодня в обеденный перерыв, но у него нашлись более важные дела. А теперь…теперь не смысла говорить.

От ее тона у меня мороз бежал по коже. Холодная, безжизненная, разрушенная.

Надо было вытягивать ее из этого состояния.

Меня саму трясло от страха и беспомощности, я понятия не имела за что хвататься и куда бежать. Но это мой ребенок. Моя девочка! Если не я, то кто?

Вдох, выдох. Вдох…

— Даша, послушай. Давай не будем делать резких движений.

— Я все решила, мам. Это мое личное дело и никто не может вмешиваться, даже ты, — она попыталась встать из-за стола, но я ухватила ее за руку и усадила обратно.

— Нет. Послушай. Я уверена, здесь что-то не так.