Развод. Моя (не) желанная (СИ)

Ну, не красавица, может, но не страшная, это уж точно. Хотя сложно сказать, когда помнишь её ещё тощей, угловатой девчонкой со стёсанными коленками.

— Брось. Иначе подумаю, что ты ревновать вздумала.

Илона приподнялась на локте, уставилась ему в глаза едва ли не умоляюще.

— Нет, Яр, я серьёзно. Ты же теперь на жену свою не переключишься?

— Я сейчас где? — вместо ответа вопросил он.

Она улыбнулась.

— То есть ты с ней… вы с ней вообще — нет?

Ярослав закатил глаза и вздохнул:

— Я её голозадой девчонкой помню, бегавшей по нашему саду, как сумасшедшая.

— Ясно, — успокоилась она после его экспресс-экскурса по ситуации и снова легла к нему под бок. — Потому что я делить тебя с этой блондиночкой не намерена.

— А вот давай я сам буду решать, с кем себя делить, — нахмурился он.

Илона снова на него посмотрела, надула и без того пухлые губы:

— Ну а, может, я уже не считаю их лишними.

— Не мои заботы.

Зелёные глаза прищурились:

— Ну ты и холоднокровное, Громов. Правду о тебе говорят: тело у тебя горячее, а сердце — ледяное.

— Ого, — хмыкнул он. — Так обо мне говорят?

Илона пожала плечами:

— Можно подумать, армия твоих бывших будет держать язык за зубами.

Настал его момент пожимать плечами:

— Врождённый талант.

Врал, конечно же.

Навык. Умение выживать. Никого не подпускать достаточно близко, чтобы этот кто-то после тебя не уничтожил

В мире больших денег и власти подпускать к себе всех без разбора — так себе, если честно, стратегия.

Как и стремление понравиться всем.

Доброта не работает. Искренность смертельно опасна.

Чувства — яд. Одинаково эффективно убивают и тебя, и окружающих.

Прибавить ко всему этому то, что последний год был непростым. Нет, не непростым. Последний год был сплошным, непреходящим кошмаром. Гибель родителей. Жуткие новости об оставленных ему в наследство долгах. Лихорадочные поиски выхода из положения… И потом ещё это. Свадьба на пигалице из фамильного сада.

Звучало как бред.

Как бред сумасшедшего.