Развод. Моя (не) желанная (СИ)

— Я… ты… ты решил, я с тобой в одну постель лягу? В постель, куда ты наверняка всяких потаскушек таскал? Вообще-то именно это вопрос я и хотела задать. Где я смогу переночевать. И пожалуйста, давай без этих своих похабных шуточек!

Громов бесстрастно выслушал мою пламенную речь, после чего выразительным взглядом обвёл просторную спальню.

— А ты здесь что-нибудь ещё, кроме этой постели, сумела заметить?

— Нет. Поэтому и спрашиваю, вообще-то.

На лице Громова обозначилась ленивая усмешка. Она и послужила мне неутешительным ответом.

— Митина, кровать здесь только одна. И нам её придётся как-то делить.

Мои ноги буквально приросли к полу — тело подавало чёткий сигнал, что и с места не сдвинется, пока на постели, в которую я собиралась лечь, развалилось это ухмыляющееся чудовище.

«Опасное, к тому же», — напомнила я себе, ненароком скользнув взглядом по его напрягшемуся торсу.

— Ничего я делить с тобой не собираюсь.

— Ну, дело твоё. Можешь лечь на полу. Запретить я это тебе не могу.

Какое-то время я растерянно молчала.

И лицо блюсти всё же пришлось.

Я дотопала до кровати, демонстративно схватила у изголовья подушку и опустилась на толстый ковёр со своей стороны постели. В ход пошёл толстенный мягкий плед, раздобытый мной из комода.

Отлично. Даже замечательно.

— Ну… спокойной ночи, — хмыкнул деспот и завалился на своей стороне безразмерной постели.

— Уж не беспокойся. Теперь моя ночь будет максимально спокойной, — фыркнула я и увалилась на бок, стараясь не обращать внимания на жёсткость импровизированного ложа.

Моё смелое заявление оказалось максимально далёким от истины, когда через час в темноте меня подхватили с пола сильные руки и буквально завалили на мягкую постель.

Мгновение, и я оказалась прижата к мужскому горячему телу, а на ухо мне пробормотали.

— Повыпендривалась — и хватит. Спи, Митина. Нечего мне тут свой характер показывать.

Я рванулась, но бесполезно — Громов держал меня крепко.

— Ты меня разве не слышала? — его дыхание обдало жаром моё ухо, послав по всему телу странную дрожь. — Спи, говорю. Я же сказал, не трону.

Мне следовало бы знать, что Громову нельзя доверять.

Но я поверила его последней фразе.

Я зря это сделала.

Громов солгал.

Глава 22

— Мне неудобно.