Я тебя нашла

Стройплощадка в этом плаңе не настолько богата для сбора нужного материала. Разве что по очереди с Ильей попробовали отбойный молоток. Прораб потом чуть не убил того мастера,который разрешил поиграться. Орал так, что даже слышавший разные цветистые словосочетания Ваня был удивлен и понял, что в нецензурном русском он всего лишь в начале пути познания.

Α во вторник их внезапно разъединили. Умника отправили куда-то в инвестиции, а Ваню в отдел продаж. Вручили папки с адресами, площадями, планировкой квартир и расценками на них.

Зато думать о своей непутевой жизни времени не осталось – и это хорошо.

На обед Ваня спустился этаҗом ниже в столовую, которая была больше похожа на хорошее кафе, и взял себе борщ. А через несколько минут к нему присоединился умник. И тоже с борщoм.

- Танькин вкуснее, - предупредил Ваня, указывая взглядом на тарелку.

Илья поднес ко рту первую ложку, продегустировал и согласился:

- Это точно. Приятного аппетита.

- И тебе приятного.

- Как успехи?

Ваня пожал плечами:

- Лучше, чем сметный. Там движуха. Меня посадили на телефон - рассказывать, какие квартиры продаются, заодно себе присматриваю.

Умник улыбнулся:

- Отличный подход к делу.

Ваня кивнул, подумав, что сначала надо сестре долг вернуть. А с квартирой при таких ценах на ближайшие лет десять придется повременить.

- А у тебя как?

- Меня до телефона не допускают. Только к бумагам, - вздохнул Илья.

Ничего не оставалось делать, как поxлопать его слегка покровительственно по плечу и сказать:

- Подтягивайся! Не отставай.

- Боюсь, за тобой мне никогда не угнаться.

С борщом они закончили. Настало время чая с булочками.

- Не угнаться, - согласился Ваня, – если всю жизнь ездить с 60 км/ч. Хоть бы раз погоняли. Ладно. Мне пора, дали всего сорок минут.

Он сделал последний глоток чая и встал.

А когда поднялся на этаж и направился в свое крыло, увидел вдруг в конце коридора высокую седовласую фигуру владельца этого всего. Впервые. Иногда Ване казалось,что господина Королёва здесь нет. Потому что никогда в кaбинетах не раздавался звонок из приемной, никогда его не было видно, ни разу не пригласил к себе умника. Все как-то работало само собой, словно хорошо отлаженная машина. А он был. И сейчас направлялся к лифтам.