Разведен. Влюблен. Опасен

Приложила вату к ране и мутными глазами смотрела на меня. Пространство вокруг пришло в движение, а мое тело напомнило, как хорошо нам было когда-то вместе.

Саша отводила взгляд, осторожно порхая по моему лицу кусочком ваты. Тяжело дышала и прикусывала нижнюю губу, а я мгновенно встал в стойку, вспоминая, какие они на вкус, ее губы. Сладкие, сочные. Когда-то я не мог перестать их целовать, а когда, наконец, брал паузу, чтобы отдышаться, Санька прикладывала к ним кончики пальцев и тихо шептала, что опухли. От поцелуев.

Я поймал ее взгляд, сглотнул, а тело, игнорируя команды мозга, подалось ей навстречу. Я медленно наклонялся, отмечая, как расширялись ее зрачки. И дыхание стало рваным, прерывистым…

– Все! – выпалила она, отошла, выбросила использованную вату в урну и почти бегом бросилась обратно, разрушая волшебство момента.

– Куда? – проревел я.

Своих чувств ко мне ты боишься, малая, вот и бегаешь.

Запер тачку, догнал ее у входа в клуб и не успел среагировать, когда несколько придурков в форме скрутили мне руки и повели к полицейскому уазику, на ходу зачитывая мне мои права.

Глава 10

Александра

Все тело затекло и болело, глаза отказывались открываться, а я лежала на чем-то очень жестком. Или на ком-то?.. Мамочка, я больше никогда не буду пить, только пусть это будет не то, о чем я думаю!..

Я заерзала, а чья-то нахальная ладонь собственнически сжала мое бедро, привлекла поближе и так и осталась, нервируя.

Запахи смешались, но один я узнала бы из тысячи. До боли родной, безопасный и…

Я резко распахнула глаза, осмотрелась и сразу же зажмурилась.

Я всем телом лежала на бывшем муже, который обеими руками прижимал меня к себе и делал вид, что спит.

Но самое ужасное, что спали мы не дома и даже не в гостинице, а в камере. Вокруг нас красовалась решетка камеры предварительного заключения, на потолке тусклым светом горела лампочка, а из окна пробивались солнечные лучи.

Запахи тоже были весьма своеобразные."

"Я резко поднялась и схватилась руками за голову.

Ноги Кирилла упали на пол, ибо ширина лавки не позволяла двоим отдыхать на ней с комфортом, а сам бывший сел и тер глаза ладонями.

– Где мы? – дрожащим голосом спросила я, когда боль в висках стала терпимой.

– В обезьяннике, – легко махнул рукой Захаров, а я окончательно впала в панику и судорожно пыталась вспомнить события прошедшего вечера.

Память помогать отказывалась.