Разрешаю стонать

Только в этот раз уже с моим членом у нее во рту.

Но такси явилось. Водила мордастый, то ли турок, то ли просто бессмертный укурок, глазами своими сальными прошелся по ножкам моей ассистентки. Сам распахнул дверь. А потом, получив короткий удар под дых, поковылял топить задницу поглубже в сиденье.

Надо было все-таки отвезти девку. Сунуть Михалычу деньги за ресторан. Усадить королевну свою рядом и, для надежности трахнув еще раз пальцами на светофоре, окончательно выбить дурь из головы.

Мысль эта пришла уже после того, как машина отъехала.

* * *Ни обеда, ни хотя бы просто перекуса в этот день у меня не было. Освоившаяся с кофемашиной, Ирка таскала кофе. Технический отдел между чашками черного, как угольная шахта, эспрессо «радовал» свежими косяками. Британский партнер выносил мозг по скайпу, а остальная шушера из управляющего персонала шлялась с вопросами, словно к попу в воскресную службу за причащением.

В трудовом угаре я чуть не пропустил звонок от няни с напоминанием и не профукал шесть часов, когда нужно было ехать в сад за малым.

Вот за что-что, а за это я бы себя точно не простил. Пару месяцев назад у нас с Киром уже был такой залет. Спасибо его мамашке. Я тогда всего на один день доверил Диане сына. Уработался в хлам. Согласился отпустить их двоих в зоопарк. А потом не знал, как успокоить своего плачущего пацана, который два часа с чужой теткой ждал меня возле облезлого осла.

Не надо было это вспоминать. От злости нога поглубже утопила педаль газа. Какой-то бомжеватый мужик на перекрестке помахал кулаком. И мажорный сад, который «для социализации молодого человека» нашла нянька, показался на горизонте.

Кир уже ждал. Приклеившись лбом к стеклу, высматривал машины и наверняка пялился на проходящих мимо теток. Мой пацан! Стоило пересечься взглядами, за грудиной приятно кольнуло. Как у Дианы получился такой умник, я не представлял.

– Папа! – Кир выбежал навстречу, только я вошел за ограду сада.

– Привет, герой, – присев, подхватил сына на руки.

– Я тебя ждал!

– Молодец! – потрепал по вихрастой голове. – Как день прошел? Ты нянек ушатал или они тебя?"

"Пацан сощурил свои голубые глазищи. Нахмурился и, картавя, важно ответил:

– Они игать не умеют. И макаены невкусные.

Проблемы, конечно, были серьезные.