Разрешаю любить

— Нет.

— Слышала про Денежко?

В меня словно молния ударяет. Оторвав спину от сидения, сжимаю телефон в руке до хруста пальцев.

— Что именно?

— Мне Тина сейчас написала. Говорит его сильно избили.

— Избили?! — повторяю, схватившись за шею, — Кто?! Когда?

Боль, острая, слепящая, растекается вдоль ребер и проходит судорогой по всем мышцам.

— Я не знаю… Думала, ты в курсе…

— Я ничего не знаю!..

— Тина, вроде, тоже. Я так и не поняла, на боях его избили или нет… — лепечет подруга испуганно.

На боях?.. Они ведь были вот только что и закончились победой.

— Что с ним, Арин?.. Что сказала Тина?

— Она сама все знает со слов Али. Может, ей набрать?..

— Да, я сейчас позвоню, — говорю я и отключаюсь, не прощаясь.

Только Алька не берет. Я жму на кнопку вызова снова и снова, но она не отвечает. Может, у Леши? А вдруг он вообще в больнице!

Звоню ему — результат тот же. Не берет трубку и в сети нет.

— Эмм… извините, — обращаюсь к водителю, — У меня изменились планы. Вы можете отвезти меня в другое место?

Невольно ежусь, поймав в зеркале заднего вида его недовольный взгляд.

— Не могу. Это проблематично.

— Я доплачу! Пожалуйста!..

— Мне придется сойти с линии…

— Я вас очень прошу!..

Скрипнув зубами, мужчина паркует машину в первом же «кармане» и что-то настраивает в рабочем приложении. Держась обеими ладонями за спинку переднего сидения, я все это время не дышу.

— Скажите адрес.

Я называю его, после чего, водитель меняет маршрут и всего через двадцать минут высаживает меня во дворе Лешкиного дома.

На улице очень тепло, но меня трясет так, что это наверняка видно по моей походке. Часто всхлипывая, я захожу в подъезд и поднимаюсь на нужный этаж.

Не раздумывая, жму кнопку звонка снова и снова, однако за дверью тишина. Неужели его избили так, что он попал в больницу?! Я не переживу, если с ним случилось что-то серьезное.

Отчаявшись, я ударяю ладонью в дверь прислоняюсь лбом к холодной стене. От еле сдерживаемых рыданий сотрясается грудь.

Разум твердит — разворачивайся и уходи отсюда, а мои слабость и зависимость шепчут: погоди еще немного.

Услышав скрежет дверного замка, вздрагиваю и отскакиваю в сторону.

— Чего тебе?

Заглушив вскрик ладонью, я не сдерживаю слез. Хлынув бурным потоком, они вмиг заливают мои щеки.

— Что это, Леш?! Кто это сделал?!

Половина его лица один сплошной синяк. Один глаз полностью заплыл, во втором полопаны капилляры. Губы и нос тоже разбиты.

— Свали, Варя.

— Кто тебя избил? За что?!

— Уходи, сейчас Алька придет.