Расстрельный список

Да и пошли в логово. Но только боялись, что здесь уже ОГПУ орудует. Вот и присмотреться для начала решили, как ты учил. Разведка – она всякому движению причина.

– А чего ночью?

– Ну так а когда же?

– Повезло, что я вас отстреливать не начал. Ладно, дело прошлое. Все у нас тут нормально. Примем. Обогреем. Пошли.

Не скажу, что испытывал к ним отеческие чувства – все же использовали мы их вслепую, а значит, они были идейными врагами советской власти. Но люди они полезные, верящие в меня и в дальнейшей комбинации просто необходимые.

Вскоре мы все устроились в моей хате. И Мирон, жадно глотая из чарки квас, долдонил:

– Хуторских и кулаков, что с нами по решению схода к Коноводу примкнули, почти всех положили. Все же к военному делу они люди не расположенные. А нас твоя наука спасла.

Ну что, шайка почти в сборе. Потеряли в итоге только одного человека.

Спасенных я лично проводил в барак для приблудного рабочего люда. Определил на лежанки. Перекусив и добравшись до ложа, они были счастливы и умиротворены. Чего не скажешь обо мне. Этой ночью я так и не заснул. Все просчитывал, продумывал, в общем, занимался чепухой. Потому что все равно утро вечера мудренее.

Утром взял я за шкирку спасенного «ближника» и отправился к затаившемуся бирюком в своей каморке Батько.

Тот был вял, бесцелен и угрюм. Но, увидев спасенного, расцвел и всплеснул руками:

– Осип, черт ты болотный! Выжил!

– Выжил, Иван Иванович, – пробурчал тот, тупя взор.

– Ох, как хорошо. Спасибо, уважил. Теперь сделаю то, о чем всегда мечтал!

Батько размахнулся и влепил «ближнику» такую оплеуху, что тот отлетел к стене и сполз по ней на пол.

– Наушничал Коноводу. Рассорить нас хотел. Все выгадывал, хитрил, жужжал не по делу, жук майский. И что теперь?

– Да уж что теперь, Батько, – заныл бывший «министр». – Нет теперь ни Коновода.

– Хорошо, что понимаешь. – Жестом Батько пригласил всех присаживаться. – Ну, рассказывай, как выбрался.

– Так как началось, Указчик нам сигнал подал, чтобы рассыпались. Хоть и молодой, а все мигом просек. Если бы не он, то всех бы красные там и похоронили. И атамана вытащил. В охапку схватил. Героическая личность наш Указчик, – заискивающе произнес Осип.

– Так Коновод все одно погиб, – буркнул Батько.