Группа специального назначения

— Эй, не стрелять, свои! Вы здесь… На выстрелы бежал, потом тихо стало, плутал по закоулкам… Вы чего тут натворили, командир? — Он изумленно огляделся вокруг.

— Ты вовремя, — хмыкнул Шелестов, убирая пистолет. — Такая вот канитель, Михаил. Одного прикончили, другой сам себе горло перерезал — разыгрывал тут перед нами душераздирающий спектакль…

— И теперь возникло опасение, что всей группе предстоит возвращение в места постоянной дислокации, читай — за решетку, — утробно вымолвил Коган.

— Да уж… — Сосновский растерянно почесал макушку, — погуляли…

— Ну все, не будем о грустном, — заторопился Максим.

— А вот как раз «какие-то» нас и не устроят, — бормотал Коган, обыскивая усача. Нащупал серую книжицу-паспорт, бросил Максиму. Тот бегло просмотрел: Данилевский Максим Егорович, тезка, так его растак… 34 года, штамп о прописке в белорусских Славичах, женат на некой Антонине Ковальчук, детей нет…

— Держи, командир, у второго нашел.

— Так, уходим. — Максим засунул документы в карман. Поднял кепку, отряхнул о колено. — Вы уходите с того конца здания, — кивнул он, — а я с этого. Не будем привлекать внимание к нашей тесно сплоченной группе.

"Он где-то не там свернул, тропа петляла через кустарник. Перешел на шаг, восстанавливая дыхание. Настроение было среднее. Дела определенно шли не в гору.

Максим вышел из кустов и оказался на дорожке, идущей вдоль холма. Здесь опять был город. Опрятные частные дома теснились на склоне, спускались к подножию под зеленью рослых деревьев, кое-где фундаменты одних зданий были практически крышами других. Кривые улочки петляли между домами, сбегали вниз.

Пройдя по тропе, он обнаружил крутые ступени, спустился, вышел на улочку. Но добрался лишь до ближайшего переулка. Навстречу вывернул милицейский патруль — два сержанта в светлой летней форме, сильные, мускулистые, перетянутые портупеями. Они спешили, явно получили сигнал о стрельбе в районе. В последний момент Шелестов успел натянуть на глаза козырек кепки.