Группа специального назначения

— Разговорчики, — буркнул Максим. — Так, Павел Егорович, рисковать своими буйными головами мы не будем. Всей компанией ползите по канаве метров тридцать, пока вас не прикроет ивняк на берегу. Да головы не поднимайте, к земле прижимайтесь. Согласитесь, лучше чуток поползать, чем заказывать поминки?

— Послушай, Максим Андреевич… — закряхтел Малютин, — ты чего тут раскомандовался?

— Ситуация требует, — не смутился Шелестов. — Вы командуйте своим горкомом, городом, чем угодно, а сейчас уж позвольте мне распоряжаться. Пусть останется водитель второй машины и делает, как я.

Они ползли по канаве, вовсю крыли презренную Германию. У Сосновского проснулось чувство юмора, вспомнил про гусеницу-сороконожку.

Максим вскарабкался на водительское сиденье, при этом сгибался в три погибели, чтобы голова не торчала над бортом. Краем глаза удостоверился, что плечистый паренек во второй машине копирует его действия. Машина рывками пошла задним ходом на дорогу. Баранку вправо, и она, как ошпаренная, ринулась вперед.

Опять застучала очередь.

Второму водителю хватило сноровки не отстать, а потом остановиться, не протаранив головную машину. Опасную зону они проскочили. Возмущенные спутники погрузились в машины, колонна продолжила движение.

Проклятие какое-то — снова загремели выстрелы! Теперь уже впереди, в районе заставы. Навстречу бежали возбужденные пограничники, махали руками.

— Да что там у вас происходит, черт возьми? — гневно закричал Малютин.

— Обстреливают, товарищ секретарь горкома! — с какой-то детской обидой выкрикнул молодой лейтенант. — Мы-то тут при чем? Никакого повода не давали! Из штаба дивизии приехали на рекогносцировку местности — вот их, видать, и засекли, стали пугать!

— Какого хрена им тут надо? Кто их приглашал?

— А мы без понятия, товарищ первый секретарь! У них свое начальство!

— Раненых нет?

— Пока обошлось… Вы прямо не езжайте, опасно. Метров через тридцать лесная дорога отворачивает, вот по ней и давайте, она объездная.

Несколько минут колонна волоклась по лесу, объезжая пни и опасные буераки. Выстрелы оборвались. У заставы, под защитой лесистого косогора, стояла потрепанная «эмка». Из раскрытого капота валил дым. Кашлял чумазый водитель, пытаясь устранить неисправность. Мялись в стороне два старших лейтенанта с петлицами пехотинцев. Незнакомый грузный подполковник ругался с начальником заставы.