Радость пирата

Чудесным образом настроение ее заметно улучшилось, и, когда прическа была закончена, ей тоже почти хотелось приплясывать и смеяться заодно с горничной.

— Джулия, перестань, — со смехом взмолилась Алекс, — а то мы никогда не закончим!

— Верно, никогда. — Мэдди вошла в комнату, немало удивившись веселью.

— Мэдди, мы тебя не заметили…

Смех умер на губах Алекс, а Джулия, опустив голову, вновь принялась за работу.

— Вначале подготовка к празднику более напоминала подготовку к похоронам, — сухо заметила Алекс, — но Джулия посчитала своим долгом поднять мне настроение, и, должна признаться, ей это удалось.

— Рада видеть тебя веселой, дорогая. Ты себе нравишься?

— Честно, да. Джулия постаралась сделать меня красивой.

— Разве она не прелесть, мэм? — возбужденно воскликнула Джулия.

— Обольстительна.

— И вы, Мэдди, вы тоже прекрасно выглядите!

Алекс только сейчас смогла отдать должное наряду миссис Венц. Шелковое платье цвета спелого персика со множеством нижних юбок разного оттенка того же цвета от светлого до темного играло и переливалось при каждом движении.

— Спасибо, дорогая. К сожалению, из года в год моим горничным приходится трудиться все больше, чтобы достичь желаемого эффекта. Однажды мне все же придется отказаться от излюбленных цветов ради темного платья и кружевной шали.

— Чепуха. Вы, наверное, нашли волшебный источник молодости.

— Боюсь, каждой женщине приходится искать собственный источник, Александра. Тайна вечной молодости хранится в душе каждой из нас.

— Постараюсь запомнить это.

— Джулия, — попросила Мэдди, — ты не могла бы оставить нас на несколько минут, я хочу поговорить с Александрой наедине.

— Хорошо, мэм.

Джулия положила на трюмо щетку и тихо вышла в смежную комнату. Дождавшись, пока закроется дверь, Мэдди заговорила:

— Мне очень не хочется говорить тебе об этом сейчас, когда у тебя такое приподнятое настроение, так не хочется тебя расстраивать, но я должна предупредить тебя.

— О чем? — встревожившись, спросила Алекс.

— Сегодня после полудня Льюис встречался с губернатором Даллингом как раз в то время, когда адмирал Грант явился к нему с визитом. Льюису ничего не оставалось, как пригласить генерала на бал.

— О, только не это!

— Увы, это так, дорогая.