Рабыня страсти

Ну конечно же! Это отмщение за вчерашнее его рукоприкладство.

— О господин мой, простите! — молила Зейнаб. — Я уверена была, что в чаше теплая вода. Эрда всегда заранее все подготавливает. Я думала…

— Но, курочка моя, разве я не просила тебя это сделать? — укоризненно воскликнула Эрда, указывая на кувшин с горячей водой. — Боюсь, ты позабыла…

— Глаза мои были ослеплены мужской мощью моего господина. Ведь я всего лишь невежественная северная дева… — И, не тратя попусту слов, ополоснула все его тело, но на этот раз приятной теплой водицей.

…Еще бы! Разумеется, это злой умысел. Карим опасался, что все-таки придется прибегнуть к порке — и в то же время уже был совершенно уверен, что это будет лучшая Рабыня Страсти, непревзойденная гурия, его гордость!..

Ласково улыбаясь, она за руку подвела его к бассейну.

— Вам уже лучше, господин мой? — заботливо спросила она.

— Рыжая хитрая лиска! — тихо произнес он.

— Да, мой господин… — столь же тихо ответствовала она.

— Ты схватываешь все на лету, — сказал он.

— Как прикажет мой господин, — кротко прошептала Зейнаб, опустив золотые ресницы, но скромность была явно показной.

…Она объявляет ему войну. Тут он понял это совершенно отчетливо. Внешне она будет покорной, а душою не покорится никогда! Вызов брошен… Но Карима это лишь раззадорило. Он приручит ее, не сломив, однако, духа девушки.

Они воротились в свою спальню. Надевая верхнее платье, Карим сказал:"

"— Мне нужно в гавань — проследить, как идет погрузка товаров в трюмы «И-Тимад». Прикажи Оме принести тебе что-нибудь перекусить. Отдохни хорошенько — днем я ворочусь и мы продолжим уроки.

Проводив его, Зейнаб откинула крышку сундука с одеждой, но обнаружила, что он пуст.

— Ома! — позвала она.

Девушка тотчас же появилась из смежной комнаты. На ней был надет странный чужеземный наряд, а другой, подобный ему, она перекинула через руку.

— Донал Рай велел служанкам подогнать для нас по фигуре кое-что из нарядов его матери. Это одеяние называется «кафтан», его носят все женщины в Аль-Андалус. Господин говорит, что нам пора привыкать к мавританскому платью. Вот, надень.