Рабыня страсти

— Карим! Следовало бы тебе обходиться со мною более уважительно — ведь я готовлюсь выйти замуж! Так что же ты для меня припас, а?

— Золотое колечко с прекрасными рубинами и жемчугом, алчная ты малышка! Кстати, кто этот глупец, который решился сделать тебе предложение? Не Ахмед ли, в самом деле? — «…Да неужели же малютка Инига уже вошла в брачный возраст? Быть того не может!»

— Ей уже шестнадцать — более чем подходящий возраст для замужества. — сказала мать, отвечая на его безмолвный вопрос.

— Все время забываю, что она растет, ведь я был почти взрослым, когда ты родила ее, мама, — тихо отвечал он.

Алима потрепала его по руке. Когда в дверях появились слуги с тяжелыми подносами, она велела им пройти на террасу с видом на море и там поставить еду на стол. Им подали свежий хлеб, блюдо очищенных зеленых фиг, чаши со свежим ароматным йогуртом, виноград, апельсины и дымящееся блюдо риса с маленькими кусочками обжаренной баранины. Явился искусный мастер по приготовлению горячих напитков с чайниками и жаровней, наполненной углем.

— А я-то думал, что ты зарекся обучать девушек эротическим искусствам… — сказал младшему брату Джафар-ибн-Хабиб, потом хмыкнул и подмигнул самому старшему, Айюбу.

— Это вовсе не моя собственная прихоть, — честно отвечал Карим. — Донал Рай искусно сыграл на чувствительных струнах моей души, напирая на дружбу с нашим отцом… Ну как после этого мог я ему отказать?

— Я не хочу, чтобы это обсуждалось в присутствии Иниги, — строго сказала Алима сыновьям.

— Ну, мама! Я же прекрасно знаю, что наш Карим — Учитель Страсти, — смеясь, ответствовала Инига. — Все об этом знают. Подруги очень зауважали меня, узнав, что у меня такой замечательный брат! Девочки горят желанием узнать, что же такое он проделывает с девушками, когда обучает их. К несчастью, я не могла их путем просветить…

— Лучше было бы, если бы ты вовсе этого не смогла! — резко бросила ей мать и повернулась к мужу, ища поддержки:

— Хабиб!

— Она вскоре выйдет замуж, Алима.

Алима скорбно вздохнула и картинно закатила глаза.

— Ты всегда баловал Инигу, — жалобно сказала она.

— Но она младшая, да к тому же единственная девочка в семье, — ласково вмешалась госпожа Музна.