Рабыня ищет хозяина, любовь не предлагать

Каждый раз я умудряюсь вляпаться в очередную историю, а Эрик приходит и все разруливает. Поразительно, что он даже не разочаровался во мне, узнав, что я потеряла контроль над своей магией. С моей точки зрения такой человек заслуживал всякого порицания и презрения, а лечение не было достаточной отговоркой. Но в картине мира Эрика все было совсем иначе, он просто пришел и помог. Поразительный мужчина и настоящий друг!

Раньше, в Школе я думала, что дружба — это что-то редкое и даже обременительное. Младшие воспитанники иногда позволяли себе приятельствовать, но обычно это значило, что они обязаны были помогать друг другу.

Для меня было очевидно, что подобные отношения для меня будут обременительны — я-то сильная рабыня, и мне помощь не нужна, а значит вкладываться буду только я. Учитель про это говорил, что только слабые сбиваются в стаи. К тому же, ведь каждый из нас должны был когда-нибудь получить своего Хозяина, а значит навсегда уехать и не иметь возможности больше общаться с прежними друзьями. Только рабы-охранники позволяли себе более близкие отношения, потому что они оказывались никому не нужны, в свое время их не выбрал ни один Хозяин, поэтому они оставались доживать свою жизнь при школе, пока болезнь окончательно не погубит их.

Но… чем дольше я жила в этом мире, тем ярче понимала, что все, чему учили меня когда-то — бред. Кейа, Сиг, матушка Гудда… Эрик — они спасли меня, они помогали мне из раза в раз, и я, наверное, никогда не смогу отплатить за их доброту. Все, что говорили нам в Школе было ложью от первого и до последнего слова.

Нас воспитывали как удобных и послушных существ, как живые батарейки для подпитки Хозяина, полностью покорные его воле. У нас не должно было возникнуть и мысли о том, чтобы что-то изменить в своей жизни, наоборот, мы считали это честью и посмеивались, глядя на охранников школы, которых считали неудачниками. А они… они жили недолго, лет до тридцати-тридцати пяти, а потом… я не уверена, что происходило, почему так, зачем, но их клали на алтарный камень, чтобы вытянуть силу их жизни до последней капли. Быть может, просто чтобы запугать остальных рабов? Помню, меня шокировало это зрелище, как живой молодой и сильный мужчина буквально обратился в обтянутый кожей скелет, а потом иссох и рассыпался прахом. И тогда я верила, что это правильно и справедливо, что он недостоин вложенных в него Учителем сил, что ему повезло дожить хотя бы до этого возраста благодаря милости Императора.