Рабыня ищет хозяина, любовь не предлагать

Нельзя, просто нельзя думать о несбыточном. Жить одним днем, выкладываться на все сто процентов здесь и сейчас, — так нас учили. Никто не знает, что будет дальше, никто не знает, когда рабу суждено умереть, сколько выдержит его тело. Я ведь и деньги, заработанные на боях и позже, так и не рискую потратить на зимнюю одежду, потому что… а смысл? Если вдруг я завтра умру, то кому нужно будет то зимнее пальто? А сегодня я и в осеннем похожу спокойно. Я даже сходила в департамент работы с попаданцами и написала завещание, чтобы не если, а когда все кончится, мое имущество перешло к Кейе.

Ей деньги нужнее, а мне на тот свет не унести. Я и защиту комнаты на нее настроила, чтобы она только могла войти, и где деньги храню между делом показала…

А жить-то ведь хочется!

Нет, нельзя об этом думать, нельзя."

"Я поднимаюсь на ноги и оглядываю зал. Все же здесь уже слишком холодно. Пусть я дам всего несколько частных уроков, деньги лишними не будут в момент, когда из-за болезни я не смогу продолжать работу.

А значит нужно все же утеплить помещение. На комнате моей руническое заклятье вполне нормально держится, так что я решаюсь и здесь организовать такое же. А то, что оно магию создателя жрет, так мне это только на руку, может, дольше проживу.

Эрик выглядел человеком слова, но не появился ни через день, ни через два, из чего я сделала вывод, что все же с лекарем что-то не срослось. Частные уроки с молодым мажором проходили со скандалами, но мне удалось поддеть его тем, что он слабак, который ничего не умеет и ничему не научится, что даже начавший заниматься всего несколько недель назад Сиг, и то его в бараний рог скрутит.

Неправильно решил его дядя, парню нужны были не индивидуальные, а как раз групповые занятия, чтобы было за кем тянуться и с кем соревноваться. Впрочем, я сама себе не враг, поэтому мы договорились, что он сперва будет тренироваться со мной вдвоем, чтобы нагнать группу, а потом еще с ними вместе, чтобы всем показать, на что он способен. Ну, фактически — ни на что пока не способен, но гордость не позволяла ему все просто так бросить, что играло мне на руку. Дядя его не мог нарадоваться.

— Мисс Беалитдоттир, — Эрик появился только через пять дней после последней нашей встречи, и я уже успела и разочароваться, и смириться, что ничего не получилось, и простить за несбыточную надежду, поэтому встретила его с улыбкой:

— Эрик, прошу тебя, давай без этого вашего официоза. Мы же в прошлый раз договорились.