Господин моих ночей (Дилогия)

Удар сердца… Еще один… И, наконец, сдержанное:

— Обещаю…

Высшие всегда держат свое слово…

Фу-у-ух…

— На этом все?

— Не совсем… — Выдавить из себя вопрос, который мучил все прошедшие дни, было не просто сложно — почти невозможно. И, в тоже время — необходимо.

Уставилась на лист бумаги…

От волнения строчки дрожали и расплывались, но я упрямо пробегала по ним глазами только чтобы не смотреть прямо перед собой. Я все равно не видела собеседника, но так сразу стало легче… Легче представить, что обсуждаешь это не с незнакомым мужчиной, лица которого даже толком не разглядела, а с той же Толлой.

— Как любая женщина, я… могу забеременеть… — Пресвятая, как же трудно. — Что тогда? Объясните, что в этом случае вы собираетесь делать? Со мной? Ребенком?

В темноте скрипнуло кресло, и я еще сильнее напряглась, ожидая ответа. Если он сейчас выскажется в своей обычной насмешливой манере, точно не выдержу. Расплачусь… Нагрублю… Уйду…"

"— Простите, госпожа Бэар, я иногда забываю, что вы варрийка и не знаете того, что известно каждой жительнице Лагора, — благодарение Каари, в голосе мужчины я не услышала ни иронии, ни издевки.

Я не сдержала облегченного вздоха, и мне было абсолютно все равно, как собеседник это расценит.

Значит, он не хочет от меня детей, а без его желания я не забеременею? Замечательно, но… до конца не понятно. И о каких условиях шла речь? Опять их любимые магические ритуалы? Как хорошо, просто и понятно жилось раньше, без всего этого, а теперь… Нет, все-таки капли, что мне предложила Толла, — те, которыми ее девочки пользуются, — тоже не помешают. Береженого, как известно, сама пресветлая бережет.

— Есть еще вопросы? — напомнил о своем существовании высший.

— Нет.

— Уверены?

Кивнула.

— Что ж…

Оба листа на миг подернулись туманной дымкой, а когда она рассеялась, я увидела, что на каждой странице внизу прибавилось две надписи:

«Элис Бэар», — значилось слева.

«Лорд Айтон», — а это уже справа.

И дальше:

«Договор вступает в силу с момента подписания».

— Надеюсь, вы не против, если я тоже сохраню в тайне свое настоящее имя, — произнес высший. — Нет? Замечательно. Тогда давайте закончим с формальностями.