Господин моих ночей (Дилогия)

Мы урезали расходы, экономили на всем, продали то, что имели, постепенно рассчитывались с долгами, но деньги таяли очень быстро. Большая часть их уходила на лекарей для мамы и Нэссы, которая несколько раз чуть не потеряла ребенка.

Я уже совсем отчаялась, когда вчера днем Толла вызвала меня к себе и объявила, что, кажется, нашла выход.

Хозяйка «Гнездышка» встретила меня в дверях кабинета. Обычно в этот час она неизменно восседала в своем любимом кресле за письменным столом — проверяла почту, писала, изучала какие-то бумаги, а сейчас вместо этого беспокойно меряла шагами комнату.

— Элис… Ты долго, — бросила она вместо приветствия, жестом предложила сесть и снова принялась кружить из угла в угол.

На несколько мгновений повисла тишина. Женщина о чем-то напряженно думала и не спешила заводить разговор. Я терпеливо ждала.

— В этот дом приходят разные гости, — замерла, наконец, передо мной Толла. — Не только наши… гм… я хотела сказать, горожане, но и маги.

Я это знала. Видела пару раз «особых» клиентов. К счастью, только издали, украдкой.

— У меня респектабельное заведение, я не допущу, чтобы с девочками случилось что-то серьезное. И все же… Всякое бывает… Тебе прекрасно известно, как маги относятся к аристократам. Особенно те… из прежних усмиренных.

И это я знала. Одна из обитательниц «Гнездышка», тоненькая большеглазая Деира была внебрачной дочерью мелкого провинциального землевладельца. Она одной из первых получила положенную метку и никогда не скрывала своего происхождения, даже гордилась им.

«Он будто мстит за что-то», — вырвалось у нее однажды.

— Я всегда просила тебя избегать магов, — продолжала между тем сестра Уны. — Если хоть один из них всерьез заинтересуется тобой, примется выяснять, присматриваться, то рано или поздно поймет, кто ты, и тогда… — Толла махнула рукой.

— Да…

Зачем она говорит все это? Я вела себя неправильно? Привлекла чье-то нежелательное внимание?

— Так вот… — Женщина запнулась, облизала пересохшие губы и сделала несколько торопливых глотков из большой чашки, что стояла на столе. Хозяйка «Гнездышка» явно волновалась и от этого мне стало еще страшнее.