Путь ликвидатора

Разум Решетова погрузился в пучину ликования и невыразимой неги, обволакивающей его одурманенный мозг и налившиеся свинцом мышцы… Очарованный, не владея собой, он уже хотел зарыться лицом в эти манящие лепестки… как почувствовал, что кто-то осторожно, но настойчиво схватил его за лодыжки… Сергей опустил рассеянный взгляд вниз и похолодел… У его ног, перевившись, словно клубок змей, с тихим шелестом копошилась мощная корневая система огромного цветка. Внезапно она, сбросив с себя почву и мох, в мгновение ока оторвала его ступни от земли и приподняла в воздух на добрые метр-полтора!!! Волна адреналина ударила в затуманенное сознание наивной жертвы, но толстые черные корни чудовищного растения плотно обвили его ноги, торс и уже подбирались к лицу, лихорадочно пытаясь добраться мохнатыми кончиками до глаз…

Сергей взвыл, как пойманное в капкан животное, и неистово забился в смертельных объятиях растения-убийцы.

Будто почувствовав угрозу, страшный цветок усилил хватку корней и, словно огромный паук, поволок свою добычу в сторону большой норы, открывшейся под сорванным корнями мхом. Все происходящее казалось до такой степени нереальным, что Решетов не успел даже толком испугаться, и это его спасло. Инстинкты возобладали над приступом животной паники, так и не дав ей парализовать организм. Неимоверным усилием Седому удалось высвободить правую руку, и он не замедлил этим воспользоваться – мгновенно нож оказался в сильной ладони, которая с отрешенной холодной яростью принялась полосовать толстые канаты, обхватившие тело. Растительный монстр издал леденящий душу скрежет, исходящий откуда-то из глубин чаши цветка, и попытался своими жесткими лепестками обхватить голову человека. И это ему почти удалось, но… очередной выпад сверкающего лезвия пришелся на основание огромного бутона… На грудь и лицо Седого брызнула мощная струя вязкой и зловонной жидкости, хлынувшей из смертельной раны. Монстр забился в конвульсиях… В предсмертной агонии стальные оковы сжались еще сильней, пытаясь разорвать тело обидчика, мотая его из стороны в сторону. Амплитуда движений все увеличивалась и ускорялась, словно корни пытались размозжить свою жертву о землю. Наконец неистовое бешенство цветка стало ослабевать, а через несколько секунд и вовсе сошло на нет. Сергей сбросил с себя остатки смертельных пут и с облегчением выпустил воздух из легких.