Пуля без комментариев

Дома у Сергея якут проверил холодильник, забрал недопитую бутылку водки.

– Если почувствуешь себя плохо – вызывай «Скорую», – сказал он.

– Мне уже плохо, – признался Козодоев.

Начальник охраны не стал бросать хозяйского сына в трудную минуту. Вначале он по телефону доложил директору СГТС о состоянии Сергея, потом вызвал врача.

Бригада «Скорой помощи» приехала через час, когда Козодоеву стало совсем плохо. Его, полуживого, отвезли в токсикологию, сдали с рук на руки врачам в приемном покое. Дежурный врач, осмотрев Сергея, велел немедленно приступить к реанимационным мероприятиям.

– Еще немного и было бы поздно, – сказал он наутро родителям Сергея.

– Доктор, это опасно? – испуганно спросила Римма Витальевна.

– Уже нет! – заверил ее врач. – Через пару дней поставим больного на ноги, а через неделю, если не будет осложнений, выпишем.

Владимир Семенович достал кошелек, не пересчитывая, вынул из него все купюры, какие там были.

– Это лично вам, – сказал он. – Если для сына понадобятся импортные лекарства или сиделка, вы только скажите, мы средства найдем.

– Буду иметь в виду, – сказал токсиколог.

19В четверг Лаптев возбудил уголовное дело по факту покушения неустановленными лицами на совершение преступления, предусмотренного частью первой статьи 230 УК РСФСР, – умышленное уничтожение, разрушение или повреждение памятников истории и культуры.

– Дело возбудим по факту, а там посмотрим, будут у нас подозреваемые или нет, – сказал Самойлов.

– Почему бы в качестве подозреваемого не указать крановщика? – спросил Лаптев.

– Андрей, ты мыслишь как опер, инстинктивно хочешь выставить карточку на раскрытие преступления, а нам она не нужна. В следствии свои игры и свои правила, одно из которых – не спеши! Возбуждай дело и принимай его к своему производству.

Первым на допрос Лаптев вызвал Катукова, главного архитектора города.

– Над архитектурным обликом площади Советов работали два известных московских архитектора, – сказал тот.