Пуля без комментариев

– На зеленый узбекский чай похоже, – сказал он. – Когда нормальный грузинский из магазинов исчез, я пробовал его заваривать. Гадость несусветная.

– Марина Геннадьевна, вы не желаете пояснить, что это за вещество? – продолжил допрос офицер. – Ах, не знаете, стало быть. Тогда, позвольте, я предположу. Это марихуана.

– Заграничная отрава, наркотики? – поразился понятой. – Ну, ты, девка, даешь стране угля! Это надо же, из-за бугра наркоту в страну привезти!

– Разочарую вас, – сказал офицер. – Марихуана – это всего-навсего высушенные верхние части конопли.

– А почему женского пола? – заинтересовавшись квалификацией наркотиков, спросил понятой. – От мужского не торкнет, глюки на ровном месте не поймаешь?

– В мужских растениях конопли мало действующего вещества, тетрагидроканнабинола.

Слово «тетрагидроканнабинол» сломало Марину. Она поняла, что попала в серьезную передрягу, выхода из которой не было видно.

– Понятые! В вашем присутствии я упаковываю вещество, изъятое у гражданки Федосеевой, и направляю его на криминалистическое исследование.

Офицер достал из ящика стола большой конверт из плотной бумаги, поместил в него вещество, изъятое у Марины, заклеил, облизнув языком кромку, на стыки соединений наклеил квадратики бумаги с синей печатью отдела милиции Центрального района.

– Понятые, прошу подписать пакет с изъятыми вещественными доказательствами. Гражданка Федосеева, сделайте то же самое.

– Я ничего не буду подписывать, – тихо ответила девушка.

– Нет так нет! – не стал настаивать офицер. – Ваша подпись для удостоверения факта изъятия наркотиков нам не нужна. Лейтенант! Забирай вещдок и вези в лабораторию. Я с задержанной останусь здесь.

Марина обернулась, посмотрела на лейтенанта, заманившего ее в ловушку.

Молодой офицер милиции ответил ей осуждающим взглядом, в котором читалось:

«Я думал, что вы порядочная девушка, а оказалось – наркоманка».

После ухода понятых и лейтенанта Марина и капитан остались в опорном пункте вдвоем.

– Можно я родителям позвоню? – попросила девушка. – Я уже давно должна дома быть. Мама с папой сейчас волнуются, места себе не находят.