Птичка для пилота

– Вот и ладненько, – Лина перемахнула через диван, оказавшись лицом к лицу, так сказать, с противником, и вспоров скотч острым ногтем, раскрыла первую коробку. – Книги… слава Богу, не игрушки для взрослых, признаться, я этого очень боялась.

– Не переживай, это я разобрала первым делом.

– На полки? – Лина похихикала и кивнула на книжный стеллаж напротив гостевой комнаты."

"– Да, – если честно, мне было не до порядка, но и жить с грудой коробок в центре гостиной уже достало. – Ты одна живешь?

– Да, папенька ушёл из семьи, как только мне стукнуло восемнадцать, откупившими от дочери небольшим домиком и новенькой бибикой.

– А я с Шаньгой, – бросила взгляд на любимую собаку, с которой уже десять лет. – ненавижу, когда дома тихо.

– А я привыкла. На работе за смену так наговоришься, что тишина лучше торта после сочного стейка. Так что там насчёт твоего агентства?  Приходят совершенно реальные люди?

– Конечно, некоторые даже не приходят, ведутся онлайн-консультации.

– Так, может, им и знакомства не нужны? С дамами можно и через интернет встречаться, платить, конечно, придётся, но женщина обходится намного дороже.

– Лина, но ведь счастье в другом, – я расставляла бокалы в стеклянную витрину в основании барной стойки. – хотя, такой образ жизни тоже имеет место быть. Знаешь, какие женщины к нам приходят? А мужчины? Они так сильно обожглись в своё время, что на много лет закрыли сердце под амбарный замок.

– Люди стали злые, – Лина довольно шустро разбирала коробки, аккуратно разбирая и складывая коробки в ровную стопочку, отчего мне стало очень стыдно, глядя на ворох картона вокруг меня. – Стараемся опередить в нападении, чтобы, не дай Бог, не подставить нежную душу.  Так и живем, бьем первыми, не зная, чего же на самом деле хотел от тебя другой человек.

– Да, люди часто делают друг другу больно, но все равно нельзя прекращать верить.

– Во что? – хмыкнула Лина, выглянув из-за стопок книг.

– А в хорошее нужно верить! В людей порядочных, в любовь, дружбу и счастье.

– Вот ты, вроде, неплохой человек. И мысли у тебя правильные, и живешь как-то понятно, твоё счастье где тогда? – Лина говорила, а голос её дрожал от напряжения, потом встала, и села на подоконник, приоткрыв щель форточки, закурила.