Провинциал. Книга 3 (СИ)

— Странно, — удивился Соболев, — каналы гиперпространственной связи весьма помехоустойчивы…

— Ну, там вообще очень любопытная ситуация сложилась, — Злобин посмотрел на собеседника, — как говорится в таких случаях, нарочно не придумаешь…

— Ну, что ж ты за темнила-то такой? — возмутился Мирон, — ну, ни слова в простоте, всё что-то не договариваешь…

— Ну, прости, прости, — Злобин скроил виноватую физиономию, — так уж я привык.

— Отвыкай, — сварливо отозвался его партнёр.

— Так вот, связь наша тогда оборвалась из-за того, что его поместье подверглось орбитальному удару, — объяснил, наконец Порфирий.

— Так что, — Соболев явно расстроился, — всё накрылось медным тазом, Антонов всё, и месторождение, уже почти ставшее нашим, заграбастают «Недра»?

— Экий ты пессимист, однако, — хмыкнул Злобин.

— Я не пессимист, я реалист, — провозгласил Мирон Авксентьевич.

— Нет, ты пессимист, — возразил Порфирий, — и при этом пессимист торопливый, ты же меня не дослушал…

— Ну так ты не тяни, а говори, — Соболев изобразил праведное такое возмущение, — я весь внимание.

— Так вот, вся хохма то заключается в том, что щиты Антоновского поместья выдержали этот выстрел. Который, на минуточку, был произведён из главного калибра орбитальной крепости. Как объяснили потом официальные представители Флота, это был программный сбой…

— Ну да, как писал один англичанин, всё страньше и страньше, — пробормотал Мирон, — сразу вопрос, а что это у него за щиты такие были?

— Не знаю, но мне тоже очень любопытно, — ответил Порфирий.

— Загадочно, однако, — прокомментировал Мирон, — и, ты знаешь, нужно изучить его встречное предложение более пристально…

— Ага, — вскинулся Злобин, — а на меня бочки катил…

— Да не катил я никаких бочек, — усмехнулся Мирон, — я просто выяснял сопутствующие обстоятельства. А связаться с этим Антоновым, определённо, нужно. Уж очень он какой-то таинственный…

Глава 11

Выигрываем?

Трансляция местных новостей закончилась, и господин Бояндин, выключив голопанель, не глядя отшвырнул пульт в сторону.

Хрупкий девайс, соприкоснувшись со стеной, печально хрустнул и брызнул во все стороны осколками пластика.

Подобное эмоциональное поведение было совершенно нехарактерно для Федота Мирославовича, имевшего репутацию законченного флегматика, но последние новости взволновали его не на шутку и даже вывели из равновесия…

Федот Мирославович, зашарил рукой по поверхности стоящего рядом столика, и, нащупав стакан с водой, сделал несколько жадных глотков.