Провинциал. Книга 3 (СИ)

Результаты наблюдения за войсками противника говорят о том, что они, скорее всего, в ближайшее время собираются атаковать.

— Понял. Ребята, я надеюсь, уже на местах согласно боевому расписанию? — этот вопрос я задал, скорее, для порядка.

— Так точно, — ответил Семён, — и ты тоже шёл бы обратно, нечего там наверху отсвечивать…

— Хорошо, иду, — я разорвал связь и отправился к ближайшему входу в нашу систему подземных коммуникаций…

Аполлинарий Александрович пребывал в растрёпанных чувствах. И его можно было понять.

Тот удар, который должен был обеспечить нападающим полную и безоговорочную победу, вылился в сравнительно безобидный пшик.

Нет, человек на орбитальной станции, подрядившийся устроить, так сказать, сбой в системах целеуказания и ведения огня, выполнил свои обязательства полностью, не придерёшься.

К нему никаких претензий быть не может.

Дратвин отчётливо видел толстый столб энергетического луча запредельной мощности, который, зародившись где-то высоко в небесах, упёрся в щиты поместья Антоновых.

Аполлинарий Александрович с нетерпением ждал этого удара.

И, когда настало время, на которое и была запланирована атака, он уже жадно вглядывался в голопанель, на которую транслировалось изображение атакуемого объекта.

Но поле отчуждения, прикрывавшее поместье, вместо того, чтобы бессильно лопнуть и подставить под удар строения усадьбы, как ни в чём ни бывало отразило атаку.

И, как показалось изумлённому и обескураженному Дратвину, даже поглотило часть энергии, обрушившейся на поверхность планеты из космоса.

— Этого не может быть, потому, что того не может быть никогда, — потерянно пробормотал Дратвин, отказываясь верить тому, что только что наблюдал самолично.

Он пока ещё не определился со своими дальнейшими шагами.

Дело в том, что события стали развиваться по абсолютно невозможному сценарию, а потому и никакого плана действий на такой случай предусмотрено не было.

Жизнь в очередной раз предъявила доказательство того, что невозможное возможно.

Причины того, что защитные поля осаждённых выдержали удар, Аполлинария Александровича волновали сейчас постольку-поскольку.

Его сейчас гораздо больше заботило то, как он будет оправдываться перед работодателем, чьего звонка он с трепетом ожидал с минуты на минуту…

Но время шло, а коммуникатор молчал. В конце концов, Аполлинарий перестал себя накручивать и решил переходить к действиям.

Так что, раз Овечкин не выходит на связь, то и ладно.