Провинциал. Книга 5 (СИ)

И на жертвенные алтари, после некоторой ментальной обработки, они будут ложиться сами и с радостью отдавать свои души, умирая во благо хозяев.

Когда он вернётся, он настоит на том, чтобы Наместник Третьей Сферы прекратил рассусоливать и засылать разведывательные отряды тварей хаоса. Их время уже прошло. Теперь всё ясно, необходимая информация собрана, и надо действовать решительно и напористо, отринув всякие сомнения.

Нужно, наконец, переходить к активным действиям, собирать легионы вторжения и начинать завоевательный поход.

Немного смелости и настойчивости, и этот мир падёт к ногам последователей Великого Хаоса, словно спелый плод."

"Нельзя не признать, что боевые искусства тут развиты. Сам жрец едва спасся от коварного удара аборигенов, уничтожившего всех, кто его сопровождал.

Поэтому сразу начинать силовые мероприятия будет не совсем правильным.

В этом случае неизбежны большие потери. Не сказать, что старшему жрецу было жалко низших, чьими жизнями придётся платить за победу, вовсе нет…

Но зачем расходовать бездумно даже такой сомнительный ресурс, как эти безмозглые боевые свиньи, если можно обставить всё красиво?

Предания и мифы этого мира хранят неясные намёки на то, что когда-то, в незапамятные времена, эти создания, именующие себя людьми, уже входили в соприкосновение с силами Хаоса.

Об этом говорит то, что даже сейчас, когда, казалось бы, любой оккультизм должен быть прочно забыт, ему удалось в кратчайшее время организовать секту, поклоняющихся Диаволу.

С’Ами’Аза и знать не знал, кто такой этот Диавол. Но один пьяный абориген, увидев его, вместо того, чтобы заорать и в страхе броситься бежать, вдруг бухнулся на колени и начал произносить какие-то слова, значения которых сам, похоже, не совсем понимал… Этот абориген, ставший его первым последователем и назвал его Великим Диаволом.

С’Ами’Аза был, в общем то, совсем не против поклонения, а очень даже «за».

И как его называют, поклоняясь, не столь уж важно, хоть Диаволом, хоть кем ещё…

Старший жрец владел ментальными техниками, а потому, поковырявшись в путаных мыслях этого аборигена, узнал много полезного.

Теперь он знал наверняка, как ему вернуться в родной мир. И теперь он знал, как должны быть построены его действия, чтобы добиться успеха. И теперь он знал, он точно знал, как покорить этот мир.

Эти «люди» были вовсе не чужды пороков, свойственных почти всем разумным.