Противостояние

При ее появлении лицо Берта исказила гримаса отчаяния и боли. Он заговорил на своем языке, но я дал знак Богдану увести женщину в другую комнату.

— Что это значит, Макс? — Ната выглядела обескураженной.

Отведя свою девушку в сторону, чтобы пленник не мог слышать наш разговор, поделился своим мнением:

— Думаю, она — его сестра, не исключено, что и жена. Акрам стал жертвой алчности и любви к женскому полу, я так думаю. Теперь твоя очередь, Ната: сейчас самый важный момент. Его надо убедить в том, что малейшая ложь или неверная информация, — и женщина будет сожжена заживо.

— Но ее же не будут жечь на костре? Поклянись, Макс!

— Клянусь, более того, я дам ей возможность уйти, если мы узнаем всё, что нас интересует.

— А ее муж? Он сможет уйти с ней?

— Если подтвердится его предательство, будет повешен. И больше ни слова о нем, — жестко осадил девушку. Закончив шептаться, вернулись к пленнику. На лице Берта читалось отчаяние.

— Скажи ему, Ната, что их замысел раскрыт.

Дикарь продержался недолго: спустя всего несколько минут он заговорил с такой скоростью, что Нате приходилось его останавливать. В его речи мелькали такие слова, как «штурм», «план», имеющие общее происхождение для всех европейских народов.

— Макс, я закончила, — появившись в дверях, Ната поманила меня рукой.

— Богдан, если почувствуешь неладное — прими меры, — достаточно громко для сторонников Акрама напутствовал своего телохранителя, входя вместе с Гураном в комнату.

Ната метнула взгляд на брата Терса:

— Говори всё, что узнала. У меня нет от Гурана секретов.

Дитрих, король двух немецких фюрляндов, оказался далеко непрост. Вместе с Гансом Мольтке, побывавшим в плену у Русов, они разработали гениальный план. Молодой немецкий король и не планировал атаковать Мехик в лобовую, предпочтя хитрую кампанию. Чем дальше рассказывала Ната, тем сильнее мрачнело лицо Гурана.