Факультет Драконьих наездниц

— Слышала, принц Оливер отправляет послов во все людские державы, даже к северным эльфам и гномам Семи гор с просьбой о помощи, — продолжила Эссали, — но те не спешат отвечать Оливеру согласием и выступать против драконов.

— Конечно! — фыркнула Мэлиса. — Им вполне хорошо живется с такими мирными и сильными соседями. Тем более его величество Ардаан самый справедливый, за последние двадцать лет его правления в этом убедились многие.

И где же этого справедливого носит? Он совсем ко мне не заходит! Я понимала, что он был занят, в частности тем, что пытается вылечить короля.

Им удалось проникнуть через картину в покои его величества: каким образом — история умалчивает. По крайней мере, со мной делиться этим почему-то никто не спешил. Под “никто” я подразумеваю самого Дана, который каждый вечер писал мне письма — очень романтично, не спорю, но где же сам дракон? Он словно специально не попадался мне на глаза, заставляя меня все больше скучать по нему.

Еще я переживала. По-настоящему переживала за отца. Я доверяла Дану, но где-то глубоко в душе колол тонкими иглами страх.

Вот и сегодня мне снился очередной кошмар: война драконов и людей. Бесчисленное войско, вставшее у подножий Вечного хребта, а по ту сторону на скалах восседают сильные жилистые драконы, готовые ринуться в бой. Сколько из них погибнет, не знал никто.

Вздрогнув, я открыла глаза и привстала. Так неожиданно, что дракон, застывший в кресле у стены, не успел уйти порталом. Сердце все еще колотилось от страха, но теперь оно ускоряло свой бег по другой причине.

И у этой причины было имя. Такое родное, что его хотелось повторять даже мысленно.

Дан.

Я шумно выдохнула, смотря в черные глаза ониксового дракона. Как-то вспомнилось, что я в одной сорочке, причем не на манер Дартании — глухой, безликой, а вызывающей, на бретельках с кружевами — по моде Дракмара. Но прикрыться одеялом не хотелось. Я застыла, смотря на такого же неподвижного дракона.

Долго ли он наблюдает за мной? Сколько ночей это длится?..

— А обещал соблюдать традиции Дартании, — прошептала я внезапно охрипшим голосом.

— В Дартании жених не имеет права наблюдать за спящей невестой.

Ладно-ладно, Дан не был моим женихом, но сути это не меняет.

— Каюсь, виновен, — ответил правитель не менее хрипло и подошел ближе, нависнув над кроватью.

Я тяжело дышала. Грудь вздымалась. И её прекрасно было видно в декольте совершенно неприличной сорочки. Должно быть, виной всему беспокойный сон, но мне совершенно не хотелось, что Дан уходил.