Прощение славянки

– Некоторые совпадения в провале последних операций навели меня на эту мысль. Я приставил к нему стремщиков из «шестерок» Димы Большого. Они фигарили за ним последнее время. Совпадения настораживают. Кулаков бывал в Музее истории нефтяных промыслов именно в те дни, когда там засвечивался Огородников. Романова из группы Турецкого приходила на лечение в поликлинику в те дни, когда Кулаков навещал там свою жену. Это уже не совпадение. Это явочные встречи.

Молчание. Возмущенный голос Сатановского:

– Так грохнуть его! Завтра же! Я этого звонаря приблизил, а он шухарил втихую! У легавки его засекали?

– Нет, он же не баклан.

– Хуже, барахло. Завтра же стремщика у фирмы поставить, чтобы связь была прямая. Как появится этот звонарь, прими меры. Но чтобы все прошло тип-топ, на улице. Проследи, если документы какие у него в руках будут, изъять и мне доставить.

– Понял. Как его вальнуть?

– Из бульдога. «Калашникова» не берите: шуму много. И чтоб начисто заделали. Ну что мне говорить, ты спец, сам мартуй.

Шум отодвигаемого стула, звук закрываемой двери».

Зорге слушал запись с невозмутимым лицом. У Грязнова на лице заходили желваки.

– Ну бандиты! Они уже человеческий язык забывают. Планируют убийства, как будто намечают очередное совещание. И это на виду у всего города.

– У меня еще любопытная видеокассета есть, – подал голос Зорге. – Я ее Огородникову передал утром, когда его убили. Он ее успел завезти в прокуратуру и припрятать.

– Оригинальное место наш друг нашел прятать доказательства.

– Это мы с ним вдвоем решили, потому что не были уверены, что удастся все документы в сохранности вывезти.

– И где он ее держал?

– В чуланчике уборщицы. У нее там умывальник есть персональный, а рядом шкафчик со всякими порошками. Она обычно вечером убирается, после конца рабочего дня. Так что временно туда, в одну из коробок с порошком, засунул. Я сходил, нашел. Вот она. Ценная вещь. Я ее всю просмотреть не успел, только начало.

В логове зверя

Турецкий взял протянутую видеокассету, вставил в видеомагнитофон. На экране появились лица Груздева, Жбанова, камера медленно переходила с одного лица на другое. Вот Сатановский и Самарин, с ними Певцев. Подходит настоятель храма отец Николай, поздравляет всех с праздником Рождества. Служба заканчивается, все дружно выходят на улицу в сопровождении свиты и рассаживаются в четыре машины.