Прости меня

— Знаешь, читая книги, я представляла себе Венецию совсем другой. Вот мы с тобой гуляем по ночному городу, а ничего романтичного тут нет. Запах, если честно, не очень, да и людей многовато, — сказала девушка, бросая взгляд на что-то, внезапно сверкнувшее в свете фонарей. — Что это?

— Кольцо, — весело сказал Алексей, быстро пряча его в карман пиджака.

Ника остановилась, как вкопанная, посередине улицы.

— Это то, о чем я думаю?

— Ага, — рассмеялся Леша.

Ну, хоть кому-то в этой ситуации было весело.

— Покажи.

— В другой раз, малыш.

Что они и сделали. Ника обещала себе, что куда бы они не поехали в отпуск, в следующий раз, она будет вести себя очень осторожно, чтобы не ляпнуть что-нибудь в ответственный момент. И зачем только она потребовала романтичное предложение руки и сердца?

* * *Третья попытка была успешной. И Ника этого совсем не ожидала. В конце концов, что романтичного в их родной Москве?

Был очень теплый летний вечер и Леша повез ее за город, сообщив, что в одном живописном местечке, этой ночью будут запускать бумажные фонарики.

Они приехали на безлюдный холм, с открывающимся с него очень красивым видом на зеленое поле с небольшим ручейком, на закате.

— Тут же никого нет, — удивилась Ника, осматриваясь.

— И не будет, — сказал Алексей, доставая из машины шампанское и бокалы. — Я специально выбрал это место.

Они устроились на капоте его машины, с бокалами в руках, наблюдая закат, и, после того, как на небе начали загораться звезды, а бутылка была прикончена, мужчина достал из багажника фонарь и передал ей вместе с маркером.

— Пиши.

Но Ника не знала, что писать. Она была абсолютно счастлива. Запретив ему смотреть, девушка написала на самом краешке, подсвечивая фонариком на телефоне, маленькими буковками, слово «Спасибо!».

— Готово. Только не смотри.

— Не буду.

Они устроились рядышком, разглаживая свой фонарь, когда началось настоящее волшебство — в небо устремились десятки зажженных фонарей, и, при этом, кругом не видно было ни одной живой души.

— Леш, да что же ты стоишь, давай, быстрее, зажигай! — воскликнула она, тряся его за плечо, но Алексей не двигался, лишь смотрел на нее. — Ты чего?

— Ничего. Просто наслаждайся, Ника. Наш будет последним.

Его взгляд был таким пронзительным, что она не стала спорить, снова уставившись на чудесную картину перед собой.