Прорвемся, опера!

У одного, усатого, был полосатый жезл, у второго — укороченный автомат, висевший на плече.

— Ладно, разберёмся, — хвастливо сказал Турок и потянулся открыть бардачок. — У меня на такой случай уже готово…

В бардачке лежали документы и сигареты, ничего необычного. Зато я обратил внимание на другое, что он таскал в жилетке под своей спортивной мастеркой, а потом и на другое, что он прикрывал полами куртки.

Но спросить не успел. Гриша вышел из машины, подтянул штаны, и в этот момент заткнутый сзади ПМ выпал на землю.

— Вот ты всегда таким рассеянным был, — тихо произнёс я.

Только он собрался что-то сказать, но не успел. Гаишник тоже заметил пистолет, но удивлялся недолго.

— На землю! — рявкнул он, дёргая затвор автомата, посмотрел на меня и добавил: — Из машины!

Глава 7

Весело получилось. А ведь Турку достаточно показать свои документы. И он покажет, вот только по нему видно, что для него это нежелательно."

"Не хочет светить ксиву, раз так умоляюще смотрит на меня.

Я открыл дверь.

— Выхожу, — громко объявил я и цыкнул собаке, чтобы пёс не рычал. — Вы меня не узнали, мужики? Пашка Васильев, из уголовного. Тимур, ты чё, меня забыл? Ну, Сан Саныча-то должен помнить.

Усатый мужик с погонами старшины, державший в руках жезл, с удивлением переглянулся с сержантом, и тот опустил автомат.

— А откуда ствол? — спросил сержант.

— Да мой это, — якобы с неохотой сказал я. — Левый. У нас тут операция, ловим одного из универмаговских на живца. Ствол этот нужен для дела, что он его якобы купит, а вы тут нас остановили, он уже и слинял.

— Предупреждать надо, — покачал головой, поверив мне, старшина Тимур. — А то это, номер грязный, — он показал жезлом. — Цифры не видно.

— Да кто-то стучит им из диспетчеров, — я махнул рукой, а потом подобрал увесистый пистолет (значит, там полный магазин) и убрал в карман, — так что тихо хотели и быстро.

И я сделал вид, что расстроен срывом операции, и они тоже расстроились, что не вышло срубить лёгких денег с богатого джипа с номерами другого региона. Но зато я не нарушил прикрытие Турка, мало ли, откуда у него взялся знакомый мент, а кто он на самом деле — никто пока не знает.

Зато я узнаю. Вернувшись в салон, я протянул ему оружие, но руку не убрал.