Промышленникъ

Кончилось же все тем, что в бухгалтерских и прочих документах значится дворец культуры, а неофициально прижилось название – клуб.

Большой холл культурного дворца встретил их тишиной и приветливым взглядом женщины-гардеробщицы. Но тишина долго не продержалась – первым раздался звук множества шагов и приглушенных разговоров, а уже через несколько мгновений откуда-то слева выплеснулся настоящий людской поток, почти моментально и до отказа затопивший все свободное место. При виде господина Долгина мастеровые ненадолго притормаживали, неизменно почтительно здоровались и тут же уступали место другим, не забывая при этом оглядеть и тех, кто стоял с ним рядом.

– Это, изволите ли видеть, слушатели фабричных курсов повышения мастерства. Можно сказать, золотой фонд фабрики: станочники и слесари пятых разрядов. Так-с, ну что же, откуда начнем осмотр?

Татьяна Львовна из пояснений почти ничего и не поняла, но виду, разумеется, не показала. Вместо этого она без малейшей задержки величаво и очень неопределенно махнула своей изящной ручкой, и ее экскурсовод моментально согласился с таким выбором:

– Хорошо, начнем с механических мастерских.

"Разнообразные по виду и размеру железяки, в том числе и непонятного назначения станки, тетушку фабриканта совершенно не впечатлили. В отличие от безусых юнцов, что довольно ловко с ними управлялись – разумеется, под присмотром нескольких взрослых. Прямо на глазах у «экскурсантов» три мальчика двенадцати-тринадцати лет уверенно собирали непонятную конструкцию, смахивающую на велосипед без колес, а чуть дальше еще один подросток увлеченно шаркал напильником, обтачивая что-то, подозрительно похожее на коньки.

– Ишь! Молодцы.

Зять и дочка с этим вердиктом молчаливо согласились. Виктор Данилович даже прикинул, сколько велосипедов могут произвести такие вот мастерские, и уважительно покачал головой. А он-то поначалу подумал, что родственник блажит! Оказалось, очень даже наоборот – деньги делает.