Промышленникъ

И вот пока они будут обсуждать очень важные вопросы, супруга барона… гм, не важно, кто она и как ее зовут, тетя. И он кто, тоже абсолютно не важно. Так вот, хорошо бы спровадить эту даму в небольшой такой вояж по столичным салонам и пассажам. Фридрих даже специально предупредил о желательности такового, намекнув, что все сопутствующие расходы берет на себя.

– Саша, но при чем здесь я? Пожалуй, ты – и то больше знаешь подходящих заведений. Нет, я решительно против этой твоей затеи."

"– Тетушка, да как же я им могу рекомендовать непроверенные места? Так и оскандалиться недолго.

А мне очень, очень важно провести эти переговоры в спокойной обстановке. Вот если бы вы сами проехались, присмотрелись к тому, что и где предлагают. Прикупили бы в каждом салоне шляпку или платье, ну или еще какую-нибудь женскую безделушку – с целью оценить качество выделки, фасон и все, что полагается в таких случаях. Кстати, я так и не поздравил сестру с прошедшим днем ангела – вот и будет ей такой своеобразный подарок! Тетя, вы меня просто невероятно обяжете, если согласитесь! Право же, мне ведь больше и попросить о таком некого…

Видя, что родственница все еще затрудняется с ответом, гостеприимный хозяин поцеловал ей ручку, заглянул в глаза и словно бы невзначай напомнил, что все расходы по предстоящему шопингу берет на себя его германский друг.

Заодно дорогая тетушка сможет достаточно быстро разрешить вопрос о новой обстановке его питерской квартиры и сестрорецкого особняка… И насчет портрета время найдется. Опять же, побывать в Санкт-Петербурге и не посетить Императорский Большой театр? Рязанское общество этого не поймет. А где театр, там и опера. Чтобы соседи-помещики завидовали и восхищались от всей широты русской души.

– Ох, и змей, ох, и искуситель… И в кого только такой пошел, а? Да что тут гадать – в батюшку своего покойного и пошел, Вера-то у нас известная скромница была. Ладно уж, согласна!

Вот так Александр разом получил и полное прощение всех своих грехов, и неделю свободного времени.

А еще – немного очень интересной информации. Для начала резко подобревшая Татьяна Львовна поделилась с ним впечатлениями от прошлой посевной (для нее, как для помещицы, это была совсем не последняя тема), и впечатления эти оказались весьма занятными. Начала она свой рассказ с легкого укора непутевому племяннику, который о сдаче своих земель в аренду объявил и уехал, а тяжесть распределения (то есть кому и что сдавать) упала на бедную и больную тетушку.