Проклятый ген страсти (СИ)

Какое тут мороженное! Этот… этот… Белый завлек её в кафе, которое и кафе-то назвать можно с натяжкой. Придорожный отель, скорее всего.

— Пойдем, — Андрей увлек Стешу, ласково дотронувшись до ее спины.

И она повелась.

— Не надо, — оглянулась на него стевия, отчаянно краснея и с опозданием понимая, что не всё так просто.

Ох, не всё.

Когда они поднялись наверх, увидели большой холл с массой дверей.

— И куда нам? — спросила Стевита.

Она не сомневалась — у Андрея были ключи.

В груди кольнуло.

Она не первая, кого он сюда приводит?

И опять, точно прочитав её мысли, Андрей покачал головой и негромко объяснил:

— Кафе принадлежит моему хорошему другу.

— Что же ты за ученый такой, а, Андрей?

Мужчина подмигнул ей.

— Стеша, на одну зарплату ученого не проживешь.

Он открыл дверь и пропустил её вперед.

Номер оказался большим и светлым. Мебель из массива, деревянные окна.

И медвежьи шкуры на небольшом возвышении.

Увидев их, Стеша всё поняла.

И приняла решение.

— Зачем мы здесь? — негромко, с бешено колотящимся сердцем задала она риторический вопрос.

Целая гамма чувств отразилась на ее лице, и он невольно залюбовался ей. Он чувствовал ее нежность, скрывающуюся за личиной напускного безразличия… Ее трепетную чувственность и сокрушающую ярость. Он видел ее страх перед возможным удовольствием. Андрей хотел ее. Прямо здесь. На этих шкурах. Хотел так, как никого и никогда.

Закрыв за собой дверь, Андрей шагнул навстречу девушке. Она, сделав шаг назад, уперлась в ложе из шкур. Стеша смотрела на него и не понимала, что с ней творится. Сердце в груди трепетало. И благоговейный страх, смешавшись с тягучим желанием попробовать непознанное, мешали сопротивляться.

— Не надо… Андрей… — из последних сил выговорила она, встретившись с его губами.

Стеша не сопротивлялась. Она хотела этого. Хотела его, Андрея. Впустить в свое лоно. Открыть свою душу.

Потому что это будет правильно.

Свевий и стевия.

Он и она.

Две половинки единого целого.

Его руки ласкали ее плечи и шею. Медленно расстегивали мелкие пуговички блузки. Как же их было чертовски много. Огонь внутри бушевал и требовал выхода.