Проданная невеста

Мысли сами возвращались к самым болезненным моментам в жизни, переживая их снова и снова. По бесконечному адскому кругу, который вызывал только боль. Когда мой отец сдохнет и попадет в ад, я хочу, чтобы он испытывал то же самое.

Потому что я уверена, что это сделал он.

Не добился того, чего хотел — я ведь отказалась помогать ему в расправе над Русланом, и получила жестокий урок за дерзость. У него были возможности добавить отраву. Он достаточно влиятельный и устрашающий, чтобы заставить персонал Руслана сыпануть нам с врачом таблеток.

Это просто никто больше не может быть. Именно он виноват в гибели моего сына — и его внука. Единственного, долгожданного мальчика в семье, где они были такой редкостью.

Сволочь.

Сам себе навредил — лишь бы и Руслану тоже.

Сначала он свел мою маму в могилу. Теперь убил моего сына.

Только меня не тронул.

Что ж, это была его ошибка. Потому что пока не отправлю этого сукиного сына на тот свет, я не успокоюсь. Знаете, на что это похоже? Семья уничтожает саму себя. Змея пожирает собственный хвост.

Я оказалась во тьме, и мне нужна цель, чтобы из нее выползти… Неважно, какой она будет.

Еще два дня я тенью бродила по квартире, путая день и ночь. Днем спала. Ночью бродила по комнатам, в голову упрямо лезли воспоминания из детства. Они вытесняли боль, делали ее терпимее. Глаза слезились, в мозгах полный туман, было так хреново, что временами казалось, что я уже умерла и попала в чистилище.

Под конец второго дня ко мне постучали.

Точно, я закрылась.

Уже стемнело, было почти десять. Я сидела в спальне и пялилась в стену, ожидая, когда меня оставят в покое. Но стучали упрямо — десять, двадцать минут, полчаса. Спустя сорок минут периодического стука я вышла к двери.

— Уходите, — я знала, что пришли от парней. Иначе такую настойчивость не объяснить.

— Конфетка… — раздался заискивающий голос Леонарда. — Впусти меня, а? Я тебе покушать принес!

Он говорил ко мной, как с капризной, не очень умной девочкой.

— Иди к херам, — посоветовала я, и отошла от двери.

Но Леонард продолжал скрестись.

Как только я приоткрыла дверь, он сунул в щель ботинок и ловко просочился в квартиру. Удержать его я не смогла. Даже не представляла, что настолько ослабла…

— Проваливай, — раздраженно выдохнула я.

— Конфетка, так нельзя… — он свернул на кухню без разрешения, и поставил мешок с едой на стол.