Пробуждение

Конечно… – Елена печально вздохнула, – Моя тетушка никогда этого не одобрит, так что мы с Жан-Клодом решили держать нашу любовь в тайне от нее, пока я не закончу школу. Пока что мы будем лишь переписываться.

– Как романтично, – выдохнула Френсис. – Обещаю, я никому об этом не расскажу. Но как же Стефан?..

Елена одарила ее снисходительной улыбкой.

– Если уж, – нравоучительно произнесла она, – переходить на европейцев, то француза я всегда предпочту итальянцу. – Она повернулась к Мередит: – Верно?

– Вне всяких сомнений.

– О да, – торопливо закивала Френсис. – Конечно, согласна. Ты совершенно права, – Она тоже понимающе улыбнулась Елене, а затем встала и направилась к выходу из столовой.

Как только Френсис скрылась за дверью, Бонни жалобно протянула:

– Не-ет, это меня убьет. Послушай, Елена, я просто умру, если не услышу эту сплетню.

– Даже так? Ну что ж, могу тебя проинформировать, – спокойно отозвалась Елена.

– Кто-кто? – Бонни непонимающе на нее уставилась, а затем разразилась смехом. – Но это же глупость. Какой агент по борьбе с наркотиками стал бы так одеваться и носить темные очки? Я хочу сказать, ведь он фактически делает все, что может, лишь бы привлечь к себе внимание… – Тут девочка умолкла, и ее карие глаза расширились.

– Это неправда, – охладила ее пыл Мередит.

– Откуда ты знаешь?

– Оттуда, что я сама этот слух распустила. – Оценив по достоинству выражение лица Бонни, Мередит ухмыльнулась и добавила: – Елена мне велела.

– Ахх. – Бонни с восхищением посмотрела на Елену.

– Нет, нельзя. Не хочу, чтобы наши местные Флоренс Найтингейл выстроились к нему в очередь для прощального рукопожатия. Зато про Жан-Клода ты можешь рассказывать все, что хочешь.

Бонни подняла фотографию:

– А кто он на самом деле?

– Садовник. По этим кустам гибискуса он просто с ума сходил. К тому же он женат и у него двое детей.

– Жаль, – серьезным тоном заметила Бонни.