Пробуждение

В преображенном физкультурном зале прозвучал чей-то громкий голос:

– Все в порядке, очередь с автобусной остановки сейчас пойдет. Гаси свет, Эд! – Внезапно сгустился мрак, а воздух наполнился тяжкими стонами и маниакальным смехом, словно какой-то инфернальный оркестр настраивал свои инструменты.

Елена со вздохом повернулась к своей подруге.

– Приготовься проводить гостей внутрь, – велела она Бонни.

Та кивнула и исчезла во тьме. Мэтт-оборотень щелкнул выключателем магнитофона, который добавил зловещую музыку к общей какофонии.

Из-за угла вышел Стефан, его волосы и одежда сливались с окружающей тьмой. Ясно была видна только белая рубашка.

– С Таннером все улажено, – сообщил он. – Могу я еще чем-то заняться?"

"– Вообще-то ты можешь поработать здесь с Мэттом, приглашая людей на вход. – Тут Елена осеклась. Мэтт склонялся над магнитофоном, вроде бы настраивая громкость, но головы он не поднимал. Затем Елена посмотрела на Стефана и увидела, что его до того спокойное лицо напряглось, – Или ты можешь пройти в раздевалку для мальчиков, взять на себя ответственность за кофе и бутерброды для персонала, – устало закончила она.

– Я пойду в раздевалку, – решил Стефан.

Пока он разворачивался и уходил, Елена успела подметить легкую неуверенность в его походке:

– Стефан? С тобой все в порядке?

– Все отлично, – отозвался он, восстанавливая равновесие. – Немного устал, только и всего. – Наблюдая за тем, как он уходит, Елена чувствовала, что на сердце у нее становится все тяжелее и тяжелее.

Тогда она повернулась к Мэтту, желая ему что-то сказать, но в этот самый момент цепочка гостей стала проходить в дверь.

– Представление началось, – сказал Мэтт и пригнулся, надевая голову.

Елена двигалась по лабиринту, по ходу решая возникающие проблемы. В предыдущие годы она больше всего наслаждалась этой стороной дела, наблюдая за развертыванием жутких сцен и за трогательным страхом гостей. Однако на сей раз на все накладывало свой отпечаток общее напряжение и страхи, которые никак ее не покидали.

«Сегодня та самая ночь», – снова подумала Елена, и кусок льда у нее в груди стал, казалось, еще объемнее.

Старуха с косой – так, по крайней мере, следовало воспринимать сгорбленную фигуру в плаще с капюшоном – прошла мимо Елены, и девочка вдруг задумалась, не видела ли она эту старуху на одной из прежних вечеринок в честь Хэллоуина. Движения этой фигуры вдруг показались Елене очень знакомыми.