Призрак музыки

А жить уважаемому Георгию Николаевичу на что? Недаром он кинулся судорожно искать себе работу. Но с работой не все так просто, а кушать хочется каждый день, и не по одному разу. Галочка женщина небедная и принадлежит к той категории людей, которые, влюбившись, готовы кинуть к ногам возлюбленного все, что имеют. Вероятно, Дударев одалживает у нее некоторые суммы, рассказывая о временных трудностях с обналичиванием денег. Естественно, в долг, и точно так же естественно, не говоря ни слова о том, что может в любой момент снова оказаться в камере, и на этот раз уже надолго.

Кто ж тебе даст в долг, если тебя посадить могут?

Приехав домой, Николай с удовольствием стащил с себя влажную от пота одежду и залез под прохладный душ. Запахи Валюшкиной стряпни разносились по всей квартире и проникали даже в ванную. Намыливая волосы шампунем, он пытался по запаху угадать, с какой начинкой будут пироги, с мясом или с грибами. Но в том, что будут именно пироги, он не сомневался ни секунды. «Какое счастье, – думал он, смывая мыльную пену, – что можно быть дома и гадать о том, с чем твоя жена испекла пироги, а не о том, пойдет она сегодня на свидание с любовником или вернется с работы вовремя.

Тьфу, опять я про первую жену думаю. Надо же, до какой степени она мне мозги отравила! Сейчас даже вспомнить страшно, в каком кошмаре я тогда жил…»

Пироги оказались с яблоками, и Селуянов признался себе, что угадыватель из него получился никудышный.

* * *Когда раздался телефонный звонок, Ольга Ермилова загружала бельем стиральную машину.

Едва услышав в трубке голос адвоката Храмова, она почувствовала, как сердце болезненно сжалось. Голос у него был таким, что Ольга сразу поняла: он скажет что-то плохое. Неужели с защитой Георгия ничего не получается? Неужели он действительно виновен и доказательств его вины столько, что увернуться никак не удастся? Впрочем, в том, что он виновен, Ольга была почти уверена, только надеялась все время, что адвокат что-нибудь придумает и вытащит Дударева из беды.

– Ольга Васильевна, мне очень жаль вам это говорить, но вам придется подыскать себе другого адвоката, – сказал Храмов.

– Почему? – оторопела Ольга.

Она ожидала чего угодно, только не этого.

– Видите ли, я не могу больше заниматься вашим делом.

– Но почему?"

"– По семейным обстоятельствам. Мне нужно уехать как минимум месяца на два, а может быть, придется задержаться и подольше. Вы уж извините, что так получилось, но я действительно не могу заниматься вашим делом сейчас.