Призрак музыки

Вот чашки, старенькие совсем, в детстве Сережа пил чай точно из таких же. Белые с синим ободком, кое-где потрескавшиеся, некоторые даже со щербатыми краями. И рядом с ними изящные красивые фарфоровые чашки, те самые, из которых они с Клавдией Никифоровной пили чай, когда Сергей был здесь недавно. Наверное, они парадные, их достают, когда приходят гости, а те, с синенькой полосочкой, повседневные, для хозяйки, когда она одна.

Белье, наверное, хранится в шкафу. Зарубин открыл дверцы и окинул взглядом содержимое. Нет, это не то, здесь на перекладине висят на плечиках платья, блузки, кофты, пальто и плащ.

Ба, а это что? Его внимание привлек плотный коричневый чехол с застежкой-«молнией», в таких чехлах продают верхнюю одежду в дорогих магазинах. Он чуть-чуть сдвинул «молнию» и просунул палец в образовавшееся отверстие. Так и есть, мех. Шубу, значит, прикупила наша тетя Клава. Ну, дай ей бог здоровья, чтобы до зимы дожила и шубку новую поносила, порадовалась на старости лет.

Сергей улыбнулся собственным мыслям, закрыл дверцы и приступил к обследованию другой части шкафа.

Здесь на полках ровными стопками лежали простыни, пододеяльники, наволочки, полотенца, нижнее белье. Что там нужно-то? Ах да, два полотенца и ночная сорочка. Нет, не так, две сорочки и одно полотенце. Или полотенец тоже нужно два? Сорочки он нашел быстро и отложил их на диван. А полотенце какое брать? Маленькое, для лица и рук, или побольше? А может быть, врач имел в виду большую банную простыню? Надо было сразу спросить, теперь вот гадай тут на кофейной гуще.

От размышлений его отвлек телефонный звонок. Сергей подумал немножко и снял трубку.

– А Клава где? – послышался требовательный женский голос.

– Клавдии Никифоровны нет, – вежливо ответил Зарубин.

– А вы кто такой?

– А я сосед.

– Что вы там делаете? Где Клава?

– Она в больнице, меня попросили привезти ей необходимые вещи. Вы не волнуйтесь, я не вор.

– Какой такой сосед? – подозрительно заверещал голос в трубке. – Клава говорила, ейный сосед помер недавно. Новый, что ли, заселился?

Зарубин понял, что нарвался на хорошо осведомленную приятельницу, с которой Клавдия Никифоровна общалась постоянно, все ей рассказывала, и провести ее на мякине не так-то просто.

На легкий обман она не поддастся. Если не развеять ее подозрения, так она сейчас милицию сюда направит.

– Вообще-то я из милиции, – признался Зарубин. – Клавдия Никифоровна сегодня была у следователя, ей там стало плохо, и ее забрали в больницу, а меня послали за вещами.