Призрак музыки

Когда меня к нему пустили в первый раз после операции, я сказал, что его спасли только благодаря вам, потому что вы вовремя успели. А он вдруг заплакал. И сказал, чтобы я уходил. Только тогда я догадался. Ему было неприятно, что его план не получился и что вы его спасли.

– Понятно. Но от того, что мы с тобой это понимаем, Денису легче не станет. Ему нужно помочь.

– Как?

Артем приостановился и чуть наклонил голову, чтобы не пропустить ни единого слова.

– Вы только скажите, что я должен сделать, и я все сделаю.

– Вообще-то, чтобы ему помочь, ты должен перегрызть горло мне, – улыбнулась Настя. – А если серьезно, у Дениса тяжелейший стресс, и его из этого стресса надо выводить. Это нам с тобой его ревность кажется смешной и беспочвенной, потому что мы старше, а для него это самая настоящая трагедия, с которой его душа справиться не в состоянии.

– А как выводят из стресса?

– По-разному. Любовью, заботой, лаской.

– Подождите! – воскликнул Артем и полез в карман.

Он достал маленький кусочек картона – визитную карточку – и протянул Насте.

– Что это?

Она прочла надпись на карточке: «Доктор Хасай Алиев. Центр защиты от стресса. Телефон 180-27-27».

– Откуда это у тебя?

– Денис дал. Он познакомился на улице с одним человеком, который научил его управлять руками и расслабляться и сказал, что если Денис заинтересуется, то пусть приходит.

– Любопытно. Кажется, это то, что нам нужно. Во всяком случае, попробовать не мешает. Как звали того человека?

– Вадим. Дениска говорил, что он смешной такой, в очках с толстыми стеклами.

– Это хорошо. Лучше, чтобы к Денису пришел кто-то знакомый, чем совсем чужой человек. Я попробую его найти. Проводить тебя до больницы?

– Не нужно, спасибо. Я здесь уже все магазины обегал и каждый метр улицы изучил.

Они вместе дошли до угла Садового кольца и расстались.

* * *Настя ехала в метро и думала о докторе Алиеве. Да, это действительно то, что сейчас нужно Денису. Она хорошо помнила телевизионные программы с участием Хасая Алиева «Помоги себе сам». Заикающиеся дети переставали заикаться практически мгновенно, а люди, измученные длительными головными болями, оживали буквально на глазах.