Призрак музыки

"

"Тетя Клава возвела глаза к потолку и стала старательно вспоминать, во что был одет посетитель соседской квартиры. Брюки светло-серые, рубашка с короткими рукавами, кремовая. Больше ничего вспомнить не смогла, но это и понятно, в такую жару на человеке вряд ли будет надето что-то еще, а уж для того, чтобы обратить внимание на мужскую обувь, надо быть не рядовым свидетелем, а специалистом. С женской обувью проще, она разнообразна по фасону и цвету, и очень часто свидетели вспоминают «серебряные босоножки на шпильке» или «красные туфельки».

– Когда приходил этот человек?

– Первый раз я его видела недели три назад, – деловито сообщила Клавдия Никифоровна.

– А что, был и второй раз?

– И второй был, и третий. Я потому его и запомнила, что несколько раз видела. Первый, значит, раз это недели три тому назад было, потом спустя неделю примерно.

– А третий?

– Да почти тогда же, когда и второй, на другой день. Я еще подумала, зачастил к Костику этот гость, а он и пропал. Больше не приходил.

Два визита примерно две недели тому назад, то есть накануне взрыва, в котором погибла жена Дударева. Рослый симпатичный мужчина лет сорока пяти с темными волосами, густыми бровями и шрамом возле уха. Это точный портрет Дударева. Нет, таких легких удач не бывает… Хотя почему они легкие? Разве без малого две недели каторжного труда – это легко? Разве это слишком малая цена за удачу?

* * *Настя уже собиралась уходить с работы, когда позвонил Алексей и предупредил, что несколько дней должен будет провести в Жуковском.

– Не сиди голодной, – строго сказал он. – Ешь хоть что-нибудь кроме сырных шариков.

– Ты отстал от жизни, – пошутила Настя. – Сырные шарики давно исчезли из продажи. Но я приму во внимание твои научные рекомендации.

Что ж, домой можно не торопиться. Она подумала, что давно собиралась навестить Татьяну и Стасова, да все время никак не выберет. Может быть, сделать это сегодня вечером?

Она уже потянулась к телефонной трубке, чтобы позвонить Татьяне, но аппарат зазвонил снова.

– Настасья, ты? – послышался веселый голос Павла Дюжина, ее коллеги по работе у генерала Заточного.

– Утром была я, а сейчас уже и не знаю.

– Занята?

– Нет, домой собираюсь.