Призрачный зов

Мы еще немного помолчали, а потом я задал вопрос, скорее всего, интересующий нас обоих:

– Мы ведь будем поддерживать связь? Я имею в виду, я и ты… мы могли бы приезжать иногда друг к другу или встречаться в Вороньем Гнезде.

– Я думала, ноги твоей больше не будет в этой деревне, – улыбнулась Зоя и опустила глаза.

– Да, я определенно стану опасаться каждый раз, когда буду сюда возвращаться… Но я, да и отец – мы не оставим бабушку. А в город она не хочет ехать, папа уговаривал.

– Старикам сложно менять что-то в своей жизни.

– Да, согласен, – кивнул я.

Взглянул на подругу и улыбнулся. Не хотелось прощаться ни с Зоей, ни с парнями. Мы так сильно привязались друг к другу, что, казалось, потерять связь будет равносильно маленькой смерти… Я искренне полюбил всех ребят.

– Мы не потеряемся, Зой, я в этом уверен. – Я снова крутанул в руке нож, а затем присел и воткнул его в землю. – Обязательно соберемся все вместе, и не один раз. То, что мы пережили, связало нас сильнее, чем кровные узы.

Я поднялся и взял Зою за руку, мы улыбнулись друг другу. Прощаться всегда сложно, но мы и не прощались, а говорили «до скорой встречи».

* * *Следующим утром мы с папой и бабушкой стояли у ворот, на которых я нарисовал руки, выпускающие голубей. Папин вольво был заведен и ждал, когда мы отчалим. Прощание с бабушкой оказалось самым сложным. За лето я полюбил ее всем сердцем и не знал, как переживу разлуку. Учеба в универе, скорее всего, будет отвлекать от грусти, но в моменты одиночества я точно стану скучать сильнее.

– Следующим летом я тоже обязательно приеду, ба! А еще поговорю с мамой, и мы постараемся вырваться к тебе на Новый год.

– Конечно, конечно, Славушка, – шмыгнула носом бабушка, утирая слезы в уголках глаз. – Я всегда буду вас ждать.

– Не плачь, мама, побереги сердце. Мы приедем намного раньше Нового года… Если позволишь, жди хоть каждые выходные.

– Ох, сыночек, – пробормотала бабушка, и губы ее задрожали. Слезы, которые она пыталась сдерживать, обильно потекли из глаз. – Сыночек…

Папа обнял бабушку и крепко прижал ее, такую хрупкую и маленькую, к своей широкой груди. У меня в горле стал нарастать ком, я не выдержал и прильнул к отцу и бабушке. Так мы и стояли какое-то время.