Приватный танец для Командора

— Ну и как задать траекторию?

Торн выбрал на дощечке очередной символ, и перед ним возник голографический экран с картой, подобную которой я видела в рубке у Райдэка на ""Фениксе"". Быстро забарабанив пальцами по всплывающим буквам, Райдэк задал путь, а потом провел линию между двумя появившимися красными точками.

— Теперь включай поля, — приказал мне командор.

Я надавила на указанный Торном символ, и скайхайл стал плавно подниматься вверх.

Ну, что сказать? Знала бы язык, сказала бы, что управлять этой штуковиной большого ума не надо.

— Слушай, у меня со всеми последними событиями совсем из головы вылетело, — вспомнила я. — Я же так и не посмотрела, что мне ребята мои ответили. Открой свою почту?"

"На лице Райдэка как-то неестественно застыла улыбка, и он развел руками:

— Извини, я флэтпад дома оставил.

Я расстроилась. И как я могла забыть? Мозги у меня последние сутки что-то совсем набекрень съехали.

— А у тебя в лаборатории есть компьютер с выходом в межгалактическую сеть?

— Есть, — без особого энтузиазма ответил Райдэк.

— Ну, вот и отлично, — довольно вздохнув, откинулась на сидение. — Там твою почту и посмотрим.

Райдэк почему-то замолчал, отвернувшись к окну. Странная реакция. Обиделся что ли, что я о ребятах вспомнила? Так я о них никогда и не забывала, и секс, каким бы потрясающим он ни был, не повод, чтобы я когда-нибудь ради него выбросила из своей головы преданных друзей.

— Эй, — окликнула я Торна. — Что-то не так?

Он вдруг резко повернулся, в серых глазах на миг появилось и потухло что-то такое, чего я так и не смогла понять.

— О чем ты мечтаешь, Агни? — вопрос был крайне неожиданным. Я растерялась.

— А почему ты спрашиваешь?

— Понять тебя хочу, — испытывающе посмотрел на меня Торн.

Понять… И что я должна ему ответить? Правду?

— Мечтаю летать, — осторожно начала я.

— Ты и так летаешь.

— Что ты чувствовал, когда впервые вышел в космос на своем вояджере? — вместо ответа я задала вопрос, надеясь, что если услышу откровение Райдэка, объяснить ему, чего я хочу, будет проще.

— Эйфорию, — сложив на груди руки, командор Райдэк удобнее устроился в кресле, и на лице его отобразилось подчеркнутое внимание. — Радость. Гордость. Немного тщеславия. И еще… я чувствовал себя сродни Создателю.

Да… Я грустно усмехнулась.