Приватный танец для Командора

Если Райдэк думал, что я куплюсь на его спектакль, то он ошибся. Я очень хорошо понимала, зачем меня перевели в командирский отсек, как и то, что здесь повсюду были натыканы камеры слежения, контролирующие каждый мой шаг, и, вероятнее всего, именно сейчас Райдэк наблюдал за мной через одну из них, так что наше с ним сотрудничество из вполне произвольного переходило в очень плотное. Теперь я находилась под тотальным контролем Райдэка до конца миссии. Большей глубины задницы, в которую я попала, и представить себе было сложно.

Мне так казалось. Но командор вновь меня удивил, доказав, что у нее просто нет предела.

Глава 14

В курс дела меня вводили со сдержанной неприязнью. Она просто читалась в искривлено-недовольной линии тонких губ генерала Гилберта, в глубоких складках, прорезающих его высокий, с залысинами лоб и подчеркнуто сухом тоне, от которого невольно хотелось прочистить горло. Подозреваю, если бы не ремарка Райдэка о том, что подчиняюсь я теперь лично только ему, то церемониться со мной вообще никто бы не стал.

Я, привыкшая к тому, что в легионе женщины были даже в высшем руководящем составе, такое отношение считала глупым и непрофессиональным. Женщины-дрэйкеры, возможно, и уступали противоположному полу в физическом плане, но компенсировали этот недостаток гибкостью и ловкостью. Туда, где пройти по шаткой конструкции или влезть в узкую щель не мог крупный и сильный мужчина, обязательно отправлялась женщина. Женщины-легионеры были талантливыми штурманами, отличными стрелками, программистами, медиками и спасателями, а по стрессоустойчивости и выносливости могли дать фору любому мужчине.

В легионе всегда считали, что нет никакой разницы, кто ты по половому признаку, если на кону стоит человеческая жизнь.

Здесь все было иначе.

Военные были высшей кастой, и если и позволяли женщинам подниматься вверх по карьерной лестнице, то только в сферах прессы, связей с общественностью и в верховных судах, где им особо не требовалось что-то доказывать мужчинам. А в звездный флот вообще брали только женщин-связисток, медиков и переводчиц.

Исключения вроде меня, конечно, были, но очень редко. Понятное дело, что попав на флагман, где женщин априори не воспринимали как штатную единицу, я со своими знаниями и опытом как-то очень выбивалась из общей концепции.

То, с каким скепсисом генерал знакомил меня с навигационной техникой и пультами управления, находившимися в капитанской рубке, наталкивало на мысль, что он вообще не верит в то, что я хоть что-то понимаю.