Приват-танец мисс Марпл

– Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Сейчас получишь эсэмэску, – пообещала я, – рассмотри ее как следует и позвони.

– М-м-м, – промычал Александр Михайлович.

Я отыскала изображение фуражки и красного сердца. Спустя пару минут Дегтярев закричал из трубки:

– Что это за фиговина?

Интересно, почему всегда разговаривающий спокойно Александр Михайлович, пользуясь мобильным, начинает орать?

– Ну как, теперь ясно? – спросила я.

– Глупость полная. В ней нет смысла.

– Представь, что ты на месте происшествия обнаружил такую записку.

– Летчик спит, – заявил приятель.

Настал мой черед изумиться.

– При чем тут летчик?

– Такие фуражки у пилотов из военно-воздушных сил.

– Господи, – выдохнула я, – никому, кроме тебя, не могло прийти в голову рассматривать головной убор в деталях. Я вообще-то имела в виду другое. Фуражка обозначает полковника.

– Почему? – задал совсем уж нелепый вопрос Александр Михайлович.

Я почувствовала себя воспитательницей детского сада, объясняющей отстающему в развитии ребенку разницу между автобусом и троллейбусом.

– Потому что ты полковник, носишь форму.

– Я надеваю ее лишь по праздникам, обычно хожу в штатском, – хмыкнул Дегтярев. – И я не авиатор. Какого рожна мне чужую фуражку надевать?

Я застонала.

– Хорошо. Забудь про головной убор, смотри на второй смайлик. Что хотел сказать человек, отправляя его тебе?

– Летчик спит, – повторил Дегтярев.

– Не смотри на первый значок, – прошипела я. И услышала:

– Дальше подушка. У меня такая дома на диване лежит. Купил совсем недорого. У нее еще руки были, но они мне показались дурацкими, попросил Анфису их отрезать.

– Это сердце, – перебила я, – фраза расшифровывается очень просто: «Полковник, я тебя люблю».

Дегтярев издал странный звук, то ли кашель, то ли смех.

– Ладно, с подушкой я дал маху. Но при чем тут форма военно-воздушных сил?

Из моего горла вырвался стон. Всегда считала, что тупее студентки Галины Андреевой, которая после пяти лет изучения французского языка умудрилась затвердить лишь одну фразу «Жё не манж па сис жур» (как понимаете, девица узнала ее совсем не от преподавательницы Васильевой), никого на свете нет.

– Хорошо. Сотри последнюю эсэмэску со смайликами."

"– Погоди, она не уничтожается, – пропыхтел полковник спустя пару минут.

– Этого не может быть!

– Нет, точно.