Притяжению вопреки (СИ)

Даже не знаю, от кого тоскливее — от этих двух ипохондриков или от активно-агрессивной Инги.

Первые дни я, правда, совсем не обращал на них внимания. Тогда я с головой ушёл в работу — исследовал инфраструктуру, занимался конфигурационным анализом, искал дыры, закрывал их. Ну и ставил ловушки — в случае, если кто опять попытается взломать сервер, то получит всплывающее окно с простым и известным каждому адресом, куда следует пойти.

То есть был я крайне увлечён и на всякую ерунду не отвлекался. Ну а теперь особо заниматься нечем.

Осталось только наблюдать за процессом — не всплывут ли какие пробоины. Словом, сидеть и тупо ждать. Вот и заинтересовался окружающей обстановкой, а заодно и коллеги попали в поле зрения.

Кабинет у нас квадратный. Каждый сидит в своём углу как сыч. Ну, понятно, заняты. Не до трёпа по душам. Я и сам не любитель откровенных излияний, но обычное общение, рабочее там, дружеское, кому оно мешает? Покурить сходить, например, или пообедать вместе, ну и так переброситься парой фраз… Всё-таки человек — существо социальное.

И хотя я, бесспорно, уникален, но ничто человеческое мне не чуждо.

Да и вообще не такими я себе представлял будни офисного планктона. Веселее, думал, будет. Поначалу пытался даже разрядить обстановку. Ну, шутил там. Без особых пошлостей, конечно — дама же рядом строгая.

Но максимум, чего добился — то ли Сёма, то ли Паша, то ли оба выдавили из себя дохлую улыбку. Инга же только щурилась, хмурилась и ноздри раздувала.

Хорошо, что мы на работе работаем трезвыми, потому что я бы не удержался и всё бы ей высказал, и обо всём выспросил.

Потому что, подвыпив, я не ищу, на ком бы спустить пар, не пою караоке, не жажду продолжить свой род абы с кем, не веду себя придурковато, но становлюсь патологически честен. Вот всё, абсолютно всё, что на уме, то и на языке. Ну и случались, конечно, неловкие моменты из-за этого.

Не раз.

Ладно, много раз.

Хотя с Инги сбить спесь было бы забавно.

=7.

Обедал я с бухгалтерией — они позвали, выцепив меня случайно в коридоре у кофе-машины.

Заголосили возбуждённо: Оу, какой мальчик! Ты новенький? В каком отделе? Ты у нас давно? Три недели? Куда мы смотрели, девочки? Глядите, у программистов новый мальчик! Пойдем с нами обедать? Пойдём, ну, пойдём?

Конечно, я пошёл! Во-первых, намолчался уже в нашем отделе по горло. Во-вторых, столько радостных женщин…

На каждую мою шутку, да и не всегда шутку, они хором, громко и долго хохотали, аж до слёз, что я уж потом лишнее слово сказать опасался.