Приручить Генерального (СИ)

Глава 10

Глава 10

Марфа

— Павлюша! — прокричала с порога. — Павлюша, ты здесь?

— Не ори, я здесь. В ванной, — донеслось из глубин огромного лофта.

Ванна была установлена рядом с тахтой, посередине огромного лофта. Дизайн лофта Павлюша разработал сам, и меня жутко коробило от того, что все нужды были здесь. Благо, унитаз и биде стояли отдельно, иначе было бы слишком даже для великого и непосредственного Константина Павлова.

— Привет. Дай пепельницу, — попросил приятель, едва приоткрывший глаза. — Ага, спасибо.

— Давай потру, — согласилась. — Если у тебя есть мочалка.

— Прыгай ко мне, — предложил, сверкнув улыбкой.

— Прыгнула бы, если бы не боялась, что потом придется лечиться от какой-нибудь гадости.

— Да брось! Всего один раз подцепил дрянь… — бессовестно почесал свои яйца в воде. — Вроде милая девочка была. Или мальчик… Хммм… Все так сложно!

— Павлюша, мне нужен компромат.

— Ого! Интересно. Я бы от кого угодно ожидал. Но не от тебя, — привстал, вода плеснула.

— Мудак один. Пристал. За яйца его так прижать нужно, чтобы в мою сторону не то что дышать, даже смотреть опасался. Ну? Сделаешь, миленький?

— Я не делаю. Я ищу. Там планшет, стилус, черкни имя. Посмотрю, поспрашиваю.

— Уверена, ты найдешь.

— Я не всесилен, — но фыркнул довольно.

— Он был на твоей вечеринке. Так что должно найтись. На твои вечеринки безгрешные не ходят.

— А какого рода компромат нужен?

— Позорный, Павлюш.

— Позорный для кого? — спросил резонно. — Для кого-то нечаянно пернуть в очереди — уже позор всей жизни. Для других и обгадиться в прямом эфире блога-миллионника — норм.

— Ты, главное, поищи, поспрашивай. А я уже сама решу, идет?

— По рукам.

— Все, я побежала.

— А поцеловать Павлюшу за услугу?

— Только не в губы. Они у тебя что только не целовали.

Симпатичный, даже слишком, но трахал всех и все — обоих полов, без разбора. Лишь бы была дырка.

Многие, кстати, считали, что мы любовники.

Но мы еще с первой сходки кое-что для себя решили.

Это было взаимовыгодное сотрудничество.

— Я многогранный, — прикрыл глаза. — С тебя причитается.

Я едва не сказала, что за мной не заржавеет, но потом вспомнила, как Дубинин обозвал мои волосы, а потом и вообще извинился только потому что я — подруга Виолы. То есть сама по себе в его системе ценностей — полный ноль и извинений недостойна, и сразу расхотелось говорить, что-то про ржавчину.