Приручить Генерального (СИ)

Даже когда мы оказались в туалете, а я — задвинутой в угол между стеной и раковиной, не верила.

Не верила до тех пор, пока он не потянул вниз штаны.

А там из трусов, чуть выше резинки, уже выглядывала толстая головка эрегированного члена.

— Эй… Ты что… Ты что! — завопила. — Убери!

— Поздно. Процесс запущен! — прогрохотало чудовище и потянуло ко мне свои огромные ладони.

Лапы у него жуть какие волосатые.

Просто мамонт.

И сам он — внешности не привлекательной. Мужичара просто!

Невоспитанный!

— Хам, и это ты называешь манерами хорошими? — разозлилась я.

Тем временем горячие ладони жмакнули меня за грудь, а бедра мужика прижались, толкнувшись в мои.

— Да как тебя, такого озабоченного, на улицу выпустили! Ты… Ты вообще манерам не обучен. Чему ты меня научить можешь? Живо убрал! — сказала я как можно громче.

Вышло немного пискляво.

Мой запал никуда не делся, но гонора было маловато.

Тем более, когда такой возбужденный зверюга прижимался, трогал, дышал часто.

Еще эти пальцы сновали по моему платью, сгребая грудь.

— Какие у тебя титечки… Крохотные. Но….. — сжал пальцами, и сосок вытянулся. — Дерзкие малышки. Ох… Без лифчика ходишь. Что ли? Ну ты и мадам…"

"Дубинин потянул вверх мое платье, задирая его и матерясь, что оно такое длинное.

Потом резко развернул меня, лицом к зеркалу и шлепнул по заднице.

— Сейчас посмотрим, какая из тебя львица… — толкнулся бедрами в мою попу.

В руках этого бугая я начала чувствовать себя пылинкой.

Что еще хуже, пылинкой, с мнением которой считаться будто бы никто и не собирался.

Ладонь стиснула мою попу, лаская.

Я поняла, что еще немного, и этот абориген, желающий мне доказать собственные натуральные предпочтения, вот-вот меня трахнет.

Насадит на кол, отшпилит до звона в каждой клеточке тела.

И плевать, что вообще-то… некоторые только встают к этому часу!

Плевать, что заведение приличное. Его денег хватит, чтобы “извиниться за небольшое недоразумение”!

Сбежать?

Но куда…

И вот эта волосатая лапа уже закинула юбку платья мне на спину и тронула мои плавки.

— Марф, а что же трусы такие… не сексуальные?

Однако взбудораженности в голосе это ничуть не убавило.

Хоть и плавки на мне самые обыкновенные, в голосе Дубинина было столько жара, сколько не было и в мартеновской печи.

Вот так и отымеют.

В первый рабочий день!

Да к черту эти споры…

Боже, ну что же делать?

***

Дубинин

Давно надо было пар спустить. С кем-то.