Доктора вызывали? или Трудовые будни попаданки

Если только удастся связаться с ними через приюты?

Голова взрывалась от наплыва мыслей и проблем. Как назло, вспомнилась ужасная история про талидомид, который несколько лет был популярен в середине двадцатого века в Европе, как “лучшее снотворное для беременных”. Только вот после него родились тысячи детей с врожденными уродствами. Даже спустя годы по коже мороз от этой истории.

Так, решено. Пойду узнаю у Энкеля, что там за чудо-капельки.

Глава 33

— Мильтона? Хм… — лекарь потер подбородок. — Знаю, знаю. Там содержится вытяжка из сонного мака, очень сильный препарат.

Я опустилась на краешек стула и внимательно уставилась на нейта Энкеля.

— Запретила?

Хирург отложил в сторону очки и потер усталые глаза. Сегодня он успел принять несколько пациентов, но была и хорошая новость — гильдия обещала прислать ему в помощь двух практикантов! А это значит, что я буду свободна для других дел и успею больше.

— Да, потому что работы сразу нескольких знаменитых лекарей доказали, что мильтона вызывает помутнение сознания и зависимость. Некоторые специально пили ее ради этого эффекта.

— А беременным тоже назначали?

— Да всем подряд.

Я опустила взгляд и сжала пальцы в кулак. Заметив мое растерянное состояние, лекарь заботливо спросил:

— Ты думаешь, из-за нее у детей появились проблемы?

— Не исключаю, нейт Энкель. Мне надо больше информации. Вы ведь знаете, как хрупок процесс формирования новой жизни, ему может помешать что угодно.

Хирург вздохнул.

— Нейт Родеус несколько лет пытался разобраться с проблемой, разрабатывал методы лечения…

— Я знаю. Он издевался над детьми. Ледяные ванны, голодовка — это разве нормально? — я не хотела, но в голосе против воли зазвучала злость.

— Он не позволял вмешиваться в его дела, — произнес лекарь раздосадованно. — И я не знал о том, что он делал. Родственники отказались от этих детей.

— Поэтому за них некому было заступиться.

Теперь у меня есть кое-какие знания. И кольцо. Но этого мало! Я бросила взгляд на тусклый медный ободок на пальце. Порой казалось, будто артефакт — одушевленный предмет, он сам знает, когда мне нужна помощь, но срабатывает далеко не на все. Разгадать бы его тайну!

Мне удалось найти документы на детей, которых привезли из разных приютов.