Доктора вызывали? или Трудовые будни попаданки

В буквальном смысле.

— Угу, — девочка мотнула головой, каша вымазала щеку и капнула на рубашку.

— Ничего не поняла, но… Малышка, малышка… Может, Мари? Маруся?

Не знаю, почему я так решила, имя само пришло в голову. Такое светлое, доброе, как раз подходит маленькому ангелу с большими синими глазами. Имя Мари я слышала в этом мире, оно не должно никого удивить. А между нами пусть будет Марусей. В честь моей бабушки.

Она даже не поняла, что я обращаюсь к ней, вместо ответа вцепилась мне в волосы и с интересом настоящего ученого потянула их в рот.

Обнимая ее, я почувствовала острую жалость, в груди заныло, но эта боль была не острой или горькой, а какой-то даже… сладкой?

Нейт Энкель был чрезвычайно взволнован, когда ему доложили о девочке. Зашел убедиться, что нет ничего экстренного и велел оставаться в палате вместе с Марусей до тех пор, пока она не поправится. Лекарь боялся распространения чесотки в лечебнице. Если что, эту гадость будет сложно вывести, особенно если заразятся больные со слабым иммунитетом.

Я пока не знала, подцепила ли что-то от малышки, но, учитывая наш тесный контакт, спорить со старым лекарем не стала. И да, теперь мне и самой светит серная мазь. Жаль, что пока не изобрели более сильных и надежных средств, но что поделать.

На работе я много времени проводила с маленькими детьми, но даже понятия не имела, что значит возиться с ними целый день. И, хочу заметить, в жизни все не так, как пишут в учебниках! И только в рекламе детского питания малыши всегда веселые, послушные и чистые, Маруся же начинала кричать всякий раз, когда я пыталась запретить ей тащить в рот мои волосы.

Едва я опустила ее на пол, она поползла аккурат к забытой книге и чуть не вырвала страницу, потом стащила на пол мою подушку, а в заключение попыталась опрокинуть на себя смотровой столик.

Поддерживая ее за руки, мы обошли всю палату, потом гуляли вокруг лечебницы, изучая окрестности. Ей понравилось ходить босиком по зеленой мягкой траве, еще чуть-чуть, и начнет бегать самостоятельно.

Наблюдая за тем, с каким упоением малышка рвет травинки, я чувствовала, как сердце наполняется теплом.

Лилит вывела детей на утреннюю прогулку, так те почти все время простояли у нашего окна, а Эллин, весело смеясь, пыталась вручить Марусе то камешки, то цветы или листья. Я дала ей рассмотреть одуванчик, который, стоило мне зазеваться, едва не оказался у мелкой исследовательницы во рту.

Когда Маруся, наконец, уснула, я плюхнулась на свою кровать и взяла книгу.